- Признание! – тихо сказал мужчина, которого я любила.
И в этот момент я отключилась. Словно со стороны слышала свой голос и слова… Слова признания в содеянном. В желании убить короля и истребить весь народ Серении.
Вот только… Это было то, что меня заставило сказать заклинание Калдера. Заклинание, которое сжигало мой палец. Обручальное кольцо…
***
- Он ее хотя бы любил? – задала вопрос Маша, пристально смотря на меня.
Я задумчиво смотрел вперед, видя перед собой все то же озеро, в котором отражался свет от фонарей.
- Это очень сложно, - наконец, ответил девушке. – Понимаешь, если любовь и была, то она была страшной, разрушающей. В противном случае они бы жили долго и счастливо, как бывает в сказках.
Маша согласно кивнула.
- Да, твоя история точно не похожа на сказку со счастливым концом…
Я посмотрел на нее и улыбнулся.
- Может именно поэтому она тебе кажется интересной? Если бы мой рассказ походил на обычную однотипную сказку, которую ты слышала не раз, то …
- То мы бы с тобой не были сейчас здесь, - согласилась Маша.
Глава 5.
- Маша, сегодня наша последняя встреча, - огорченно сказал девушке.
- Почему?!
Шок и разочарование на ее лице заставили меня почувствовать себя неуютно. Но, увы, пришло время нашего прощания.
- Я должен буду уехать домой, - пояснил, избегая взгляда зеленых глаз.
- Когда вернешься? – тихо спросила Маша.
- Я не знаю…
В действительности все было иначе. Я знал, что не вернусь, но сказать Маше об этом почему-то не мог. Вместо этого перенес нас в Серению, к Алие.
***
В темнице держали меня не долго, всего три дня. Голодом не морили, но и пировать не приходилось. Кормили обычной кашей и хлебом.
За все время только тетя Аделаида однажды навестила меня. Бледное лицо и большие глаза, под которыми залегли тени дали понять, что тетушка очень сильно переживала. Не удивлюсь, если слезы стали ее спутниками. Думаю, что ее тоже расспрашивали обо мне… Мне было очень стыдно, она не заслуживала этих переживаний. Стражник подарил нам всего десять минут. Всего десять минут с единственным родным для меня человеком.
- Милая моя, - с нежностью и отчаянием в голосе произнесла женщина, держа меня за руки.
«Словно сможет меня как-то удержать…» - мелькнула тяжелая мысль.
Вот только я умерла в тот день, когда Калдер предал меня.
- Не говори, пожалуйста, ничего, - попросила я ее.
Слезы – это последнее, что нужно было сейчас. Не хочу, чтобы она запомнила меня такой.
- Алия, скажи мне, кто это был? Я же знаю что ты не делала того в чем тебя обвиняют…
Но в ответ я лишь покачала головой. По сердцу с новой силой резанула боль.
- Пожалуйста, не спрашивай меня ни о чем… Уже ничего не было важно.
А утром пришли они.
Это были двое стражников. Высокий, рыжеволосый мужчина с совершенно безэмоциональным выражением лица. И светловолосый, который был лет на десять моложе своего напарника.
- Пора, - произнес рыжеволосый стражник.
Я молча поднялась и прошла к выходу. Ко мне сразу же потянулась рука второго стражника, облаченная в кожаную грубую перчатку.
- Пойду сама, - произнесла, посмотрев на руку, словно на гадюку.
Меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то тащил меня куда-то. Я уже была готова услышать слова протеста со стороны стражи, но рыжеволосый меня удивил, сказав:
- Хорошо. Но не пытайся сбежать.
«Как будто от вас сбежишь», - усмехнулась про себя.
За дорогой я особо не следила. Поворот… Поворот… Лестница… Это все мелькало мимо. Но едва мы вышли на улицу, меня ослепило утреннее солнце и пришло осознание того, что я гнала от себя очень долго. Прекрасная погода, очередного дня…
«Моего последнего дня», - с усмешкой подумала про себя.
А вот и истерика… Здравствуйте... Но я заставила взять себя в руки. Казалось, это будет очень не просто, но я справилась. Меня вели прямо к деревянному столбу, расположенному на небольшом возвышении, на земле под которым уже лежало сухое дерево и солома.
Сколько себя помню, ни разу не видела ничего подобного. Нет, я, конечно, слышала о прилюдных казнях. Но их проводили очень редко. Редко и за самые страшные преступления против королевства. Кто бы мог подумать, что такие почести будут приготовлены специально для меня? Уж явно не я.
Вокруг было не много народа, человек двадцать, может чуть больше. Из знакомых только пара слуг. Тетушки среди них не было, и это радовало.