— Другими словами, ты манипулируешь им. — Дана горела желанием уйти.
— Не смей со мной говорить в таком тоне, — прошипела мама. — Да как ты смеешь?
Дана сделала шаг назад:
— А что? Это же, правда. Наверное, ты дала понять доктору Хассу, что я заинтересована в нём, в то время как прекрасно знала, насколько, черт побери, я против. Он видел тебя без белья ниже талии. Не кажется ли тебе, что это немного чересчур? А вот мне — да. Это к слову о нетрадиционных семьях. И хватит сватать мне мужчин. Я же говорила уже — с меня хватит.
— Не ругайся. Я не так тебя воспитывала.
Дана уже открыла рот, но Пол быстро встал между ней и матерью.
— Мама, тебе нужно успокоиться.
— Твоя сестра такая грубая.
— Не горшку над котелком смеяться. — Дана шагнула в сторону, чтобы видеть маму. — Я приехала пообщаться с Полом. Мы же говорили, что мне нужно больше пространства. Ты сводишь меня с ума. Спасибо, что заботилась обо мне после смерти Томми, но я пытаюсь наладить свою жизнь. Почему ты просто не позволишь мне это?
— Ты сказала, что уедешь на три дня. Мне пришлось приехать, чтобы встретить тебя.
— Мама, я, не сбежавший подросток, — сквозь зубы выдавила Дана.
— Но ведешь себя, как один из них.
— Черт, — пробормотал Пол. — И вы так всё время?
— Нет, — ответила мама.
— Да, — одновременно с ней сказала Дана.
Пол снял кепку и почесал затылок:
— Похоже, нас ждет долгий вечер.
— Нет. Не так. — Дана уперла руки в бока. — Я не поеду домой, мама. И не собираюсь, пока не буду готова. Ты привезла сюда своего гинеколога… — Она покачала головой. — Даже не знаю, что сказать, кроме того что, мне не нравится, что ты втянула его в это. Не хочется упоминать, но он на двадцать лет меня старше. Встречайся с ним сама, если считаешь, что Дирк настолько хорош. Езжай домой.
Кто-то постучал в дверь, и Дана стиснула зубы, так как, открыв дверь, мама впустила внутрь Дирка Хасса. В руках он держал цветы и, увидев, Дану улыбнулся.
— Привет, — вручая ей цветы, произнес врач.
Дана чувствовала себя виноватой. Она знала, что мать, должно быть, наврала, чтобы заставить его пролететь полстраны, поэтому приняла букет.
— Спасибо.
Пол спас её, выступив вперед и представившись доктору, тем самым переключив его внимание на себя. Дана всучила цветы матери и отступила.
Мать просияла, явно довольная учиненным ею беспорядком, и Дане хотелось придушить её.
Дирк повернулся к Дане:
— Как ты себя чувствуешь?
— Я в порядке. — Это не её вина, что доктора втянули в этот бардак, но кто-то должен быть честным с ним. — Мне очень жаль, что всё так сложилось, но правда в том, что меня не интересуют отношения с вами.
— Дана!
Она проигнорировала мать.
— У меня уже есть кое-кто. Мама не знала об этом, мы с ней ещё не говорили на эту тему. Я верну вам деньги за билеты, потраченные на дорогу.
Дирк, казалось, опешил.
— Она врет. — Мать бросилась вперед и схватила доктора за руку. — Я говорила вам, что у неё сложности. Она придумала себе несуществующего парня и верит в это.
Дане хотелось заорать.
— Нет, мама. Я не хотела тебе рассказывать потому, что он живет в этом округе, и я знала, что тебе сорвет крышу, когда скажу, что собираюсь здесь обосноваться. Всё серьезно.
— Ты лжешь, — лицо матери покраснело от гнева.
— Вообще-то нет. — Пол снял очки и бросил на Дану взгляд из-под капюшона. — Её парень работает в службе безопасности. И они познакомились, когда она только приехала в Хоумлэнд. Всё свободное время они проводили вместе.
— Ты не будешь встречаться с охранником. — Покачала головой их мать. — Я не разрешаю. А Дирк у нас врач.
Дана вскинула руки:
— С меня хватит. Я не буду с тобой спорить. Просто собираюсь переехать сюда, и это то, с чем тебе придется смириться. — Дана взглянула на Дирка Хасса. — Встречайтесь с моей мамой. Она ваша ровесница и считает, что вы будете прекрасным мужем. — Она надела солнечные очки и напялила кепку. — Пол, я подожду тебя снаружи. Делайте, что хотите, но я всё.
Дана стремительно пошла к двери и дернула её на себя.
— Дана, — крикнул Пол. — Не выходи наружу одна.
Она оглянулась:
— Я лучше столкнусь лицом к лицу с наркодилерами и проститутками, чем останусь здесь. — И бросилась наружу, грохнув дверью.
Дана почти врезалась в большое тело и отступила, задрав голову вверх. Мужчина был одет в черный балахон и такого же цвета спортивные штаны. Это был действительно высокий мужик, и тусклое освещение скрывало полностью его лицо.