— И ты, конечно, видел, кто туда проходил?
— В мои дежурства туда никто и никогда не поднимался и, скорее всего, в дежурства моих напарников тоже. Думаю, даже те, у кого пропусков не было, не поднимались туда, из-за чего и охрану с холма сняли. Туда даже за кедровыми шишками перестали ходить. Всем плевать, что там наверху. Подниматься лень даже ребятишкам.
— У них совсем другие интересы, — расстроенно произнес Олегсандр. — Что им какие-то шишки, когда вся их жизнь теперь вертится вокруг телефона с сенсорным экраном?
— Не знаю я, что и где вертится, а вот пост охраны сняли давным-давно, а это значит, что там ничего особо важного нет и, вероятно, никогда не было. В общем, думайте сами. Какой второй вопрос, Катя?
— Тебя подвезти?
— Как мило. Спасибо за предложение, но я как-нибудь сам. До свидания.
Семен покинул салон автомобиля и направился к библиотеке, возле которой планировал свернуть на тропинку, ведущую к площади окраины со зданием администрации, а там уже до дома было рукой подать, как и до дома Кейт. Хоть они и жили рядом друг с другом, их пути никогда не пересекались.
Кейт повернула ключ в замке зажигания, и, к удивлению, автомобиль Макса не подвел ее и завелся с первого раза. Она проехала чуть дальше вперед и развернулась на площадке у заброшенного дома с торчащими из его бывших окон ветвями деревьев. Арчи уже не удивлялся количеству этих городских уродцев, а только сочувствовал им. Когда они подъезжали обратно к библиотеке, Семен стоял посреди проезжей части и размахивал руками, скрещивая их над головой. Кейт остановилась напротив него. Семен подошел к автомобилю со стороны Арчи и постучал в окно. Арчи незамедлительно приспустил стекло и спросил:
— Что, Семен? Все-таки подвезти?
— Нет. Чуть не забыл тебе сказать, хоть это не так важно, но все же: когда мы с Серегой тащили Леху домой после нашей с тобой в кавычках «битвы», он был весьма рад и восхищался мной. Говорил, как знатно я тебе наподдал. Спасибо, что подыграл мне, Арчи.
— Всегда пожалуйста.
— Только чем больше он радовался, тем больше говорил, что нужно было обойтись с тобой жестче. А когда мы уже уходили из его дома, он орал, что нужно было покалечить тебя или даже убить. Представляешь? Он как с цепи сорвался. Совсем себя не контролирует. Я не знаю, что с ним случилось, и мне страшно за него. Не натворил бы он глупостей. Еще и в больницу обращаться не хочет – говорит, что выздоровеет за пару дней, но мне в это плохо верится. Он совсем уж плох. Я не виню тебя в этом, Арчи. Он сам напросился.
— Не на того нарвался.
— Согласен, Арчи. В общем, он обещал нам, что ты еще пожалеешь о содеянном. Сильно пожалеешь. Сказал, раз уж мы не можем справиться с тобой, то он знает тех, кто может.
— А ты знаешь тех?
— Нет. Арчи, пожалуйста, обходи Леху за километр. Я беспокоюсь не за тебя, я беспокоюсь за него.
— Я тебя понял, Семен. Это все?
— Все. Я постараюсь его вразумить и буду как можно чаще находиться рядом с ним. Может быть, придется взять отпуск за свой счет. Ну-с, теперь все. До свидания еще раз.
Семен похлопал машину по крыше, и они тронулись с места. Он пошел к библиотеке только тогда, когда автомобиль поднялся до Кольцевой и свернул.
3
Кейт никуда не спешила, поэтому не давила на педаль газа, чтобы ревом мотора не разбудить жителей придорожных домиков. Стрелка на спидометре не поднималась выше 20 км/ч, и этой скорости было вполне достаточно, чтобы доехать до дома Бумажного Макса за десять минут.
Арчи взглянул на часы – 03:29.
— Надо бы позвонить Максу и сообщить, что мы едем обратно, — произнес он и открыл контакты.
— Не надо, — сказал Алекс.
— Почему?
— Если он спит, ты его разбудишь, а если не спит, то давно уже заметил нас по камерам. Две из них мы уже проехали.
— Возможно, ты прав. — Арчи убрал телефон в карман.
Они проехали то место, где Леха напрыгнул на Кейт с Арчи, мусорный бак, возле которого, укрывшись тряпьем, в обнимку с гитарой спал Генчик. Поворот с подъемом на холм, сгоревшая парикмахерская и детский сад тоже остались позади, и автомобилю оставалось проехать финишную прямую, завершающуюся домом Макса, возле которого, к удивлению утренних гонщиков, стоял автомобиль полиции с включенными проблесковыми маячками.