— Да что у вас за страна такая, где полицейские – страни!?
— Это не страна такая, это Слобург – государство внутри государства со своими правилами и законами. Полицейские вообще ни в чем не виноваты – их подбирали на службу по специальной программе. Брали только глупых и исполнительных, — пояснил Макс не только Арчи, но и местным, хотя вторые и без него это прекрасно знали. — У нас умные бедствуют, хитрые богатеют. А про хитрых глупцов я просто промолчу. Хотя, чего молчать, чувак? Они – короли окраины и, вероятно, всего мира.
— Мира, вряд ли. У нас такие, в лучшем случае, работают за десятку баксов в час и с трудом сводят концы с концами.
— Концы с концами? — опешил Олегсандр. — Да ведь это целое состояние! Восемь состояний в сутки, если рабочий день восьмичасовой!
— Прикалываешься? — Арчи с улыбкой взглянул на Алекса.
— Ни в коем случае, — серьезно ответил Олегсандр, мечтая о переезде в США. Там бы, по его задумке, он позабыл о вечных ночных скитаниях с телефоном в руках по берегу реки и съемках пьяных развратников в непристойных позах и действиях. Там бы он смог найти работу своим трудолюбивым рукам и смог бы должным образом обеспечивать жизнь своих детей, лишь бы их жизнь снова не пошла по наклонной. По его разумению, десятки баксов в час ему хватало бы за глаза и еще оставалось. Десятка баксов в час всяко лучше десятки баксов в день.
Макс бросил в Алекса зажигалкой, и тот успел поймать ее, выйдя из своих мечтаний.
— Я думал, ты уже не вернешься в реальность, очаровашка. Десять долларов в час у них – это как пятьсот рублей в день у нас, так что закатай губу, чувак. Я лично тебя никуда не отпущу, хочешь ты этого или нет.
— Теперь и помечтать нельзя? — Алекс насупился и бросил зажигалкой обратно в Макса. — Между прочим, я дальше Кировской области ни разу не был.
— Ты же говорил, что был во Владимире.
— Ну-с, как говориться, это было давно и не правда, — ответил Олегсандр и вновь придался умопомрачительным мечтаниям.
— Хватит вам уже разглагольствовать ни о чем. Лучше бы думали о серьезных вещах. Ваши мужские шуточки и подковырки мне уже в край надоели. Почему все ответственные дела испокон веков складываются на плечи женщин? — высказала Кейт и удивилась не присущей ей вспыльчивости, но на этом не закончила. — Треплетесь, как старухи на площади. Толку от вас нуль. Гигантский такой ну-у-уль. — Она обвела руками в воздухе здоровенный обруч.
— Кейт… — упрекнул ее Арчи.
— Что Кейт? Разве не так?
— Не так, — заступился за мужское большинство Бумажный Макс.
— Ага. «Не так», — сказал мужик, которому я прибрала всю комнату от камней, брошенных этим вашим Лехой. Какая разница, десять долларов или десять рублей, когда на кону наши судьбы? Вам и в голову не пришло, что помимо Лехи и старика, могут быть замешаны другие люди.
Мужское большинство впало в ступор. После длительной паузы и одной выкуренной Максом сигареты, Арчи посмел нарушить тишину.
— Кого ты сейчас имеешь ввиду, дорогая моя?
— Кого? Ты забыл или притворяешься? Тебе же Семен рассказывал какую-никакую секретную информацию о «ЗТ». Что, если в технологиях прознали о его выходке и наградили его смертной казнью?
— Тогда почему они не попытались устранить и нас?
— А тебе мало возложенной на тебя ответственности?
— Ну не знаю.
— А я знаю. Большая корпорация с неиссякаемым запасом денежных средств способна подкупить кого угодно и что угодно. Разве трубы, извергающие на окраину дым всех цветов радуги, дымил бы, если бы кто-то кому-то не сунул пачку шуршащих банкнот? Не удивлюсь, если записку на место убийства Семена подбросил жирный полицейский с отвисшим животом, дорогими часами и крупным счетом в банке.
За их спинами экран монитора загорелся, и под звуковое сопровождение всплыло окошко с надписью: «Найден 1 новый файл». Перед просмотром телевидения Бумажный Макс настроил поисковую программу собственной разработки на поиск новых статей и свежих новостей с фильтром ключевых слов: Артем Пентин, Арчи, Семен, труп, Слобург, окраина, убийство. Когда хотя бы одно находилось, компьютер должен был оповестить его об этом, и оповестил.
Макс открыл найденную программой ссылку и в появившемся окне прочитал полторы страницы текста, после чего выругался благим матом и замахнулся мышкой в окно, но бросать не стал – сдержался.