— Неужели ты ни разу…
— Ни единого, Арчи. Так получилось, что в Слобурге нет ничего такого. Вся надежда была только на торговый центр, но зачем нищему городку с нищим населением торговый центр? Чтоб ходить по нему, как по музею или картинной галерее, с открытыми ртами? Те, кто мог бы себе позволить там что-то купить, без проблем могут скататься в Киров, а там этих торговых центров с тра-во-ла-то-ра-ми, лифтами и телепортами хоть жопой жуй. Мне же это не по карману.
— Значит с меня экскурсия по лучшим ТЦ Кирова!
— А в Слобтауне есть торговые центры?
— Хоть жопой жуй, если не больше.
— Тогда лучше там. — Кейт подмигнула ему.
Пока они поднимались, Арчи рассказывал ей о Слобтауне, о жизни его города и жизни горожан. О том, как сильно он соскучился по родителям, по Крису и Нику, да даже по студии, из которой последнее время подумывал слинять, да все как-то не получалось. Он говорил без умолку, чтобы хоть как-то отвлечь себя и в большей степени Кейт от трудности восхождения на каждую следующую ступень. И это помогало. Слово – вдох, слово – выдох, раз – два, и десяток ступеней позади. Кейт держалась отлично. Она, как губка, впитывала каждое его слово, и слова эти заряжали ее, точно гальванические элементы. У нее даже не было одышки, чего нельзя было сказать об Арчи – курение и алкоголь давали о себе знать. Он рассказал ей даже секрет, который знал только сам и Крис, если последний не разболтал его кому-нибудь еще:
— Ты, ух, Кейт, знала, — Арчи тяжело дышал, но поднимался, — что впервые я попробовал сигареты в семь или восемь лет?
— Обалдеть! — Она выпучила глаза. — Ты не шутишь?
— Если бы. Знай я тогда, что мне придется подн… фух… подниматься по этим чертовым завитушкам, я бы никогда не начал курить. Хорошо хоть, что бросил, а то пришлось бы тебе меня тащить еще с двухсотой ступени.
— И потащила бы! Я и сейчас готова на это!
— К счастью, я худо-бедно, но могу подниматься сам.
— К счастью, да. — Она хихикнула. — Что побудило тебя в столь раннем возрасте вставить сигарету в рот? Ты не помнишь?
— Конечно, помню. Разве такое забудешь? — Арчи остановился, навалился на стену и отдышался, после чего продолжил и подъем, и историю: — Помню это, как сейчас. Дело было зимой, и в ту зиму снега навалило по горло. Тогда – по горло, сейчас – по пояс. Вдоволь наигравшись в снежки после уроков и промокнув до нельзя, перед тем, как уйти по домам, Крис позвал меня и показал красный уголок тонкой коробочки из своего кармана. Тогда я подумал, что это была шоколадка или жевательная резинка. «Это сигареты, Арчи, — ввел он меня в курс дела, — не хочешь попробовать?»
— И что ты ответил?
— Конечно, я хотел попробовать. Мой отец курил тогда и курит сейчас. Сейчас я посмеиваюсь над ним, что он не смог бросить, а тогда я ему завидовал. Родители строго говорили, что курение – яд, особенно в моем возрасте. «Но папа курит!» — возмущался я и завороженно наблюдал за колечками, которые он так сладко выпускал и выпускает. Видела бы ты эти обручи! Конечно, я мог стянуть сигареты у отца и попробовать дым на вкус, но никак не решался, а тут Крис со своей пачкой, как манна небесная. Это были самые дешевые сигареты, которые все курили. У них еще фильтра не было, представляешь? Сигареты без фильтра! Сейчас таких нет, разве только в историческом музее за бронированным стеклом.
— Да уж… Этот твой Крис, небось, смельчак, раз стащил сигареты у своего отца, в отличие от тебя.
— Его отец никогда не курил.
— Тогда где он их взял? Не купил же он их в магазине?
— Не знаю, где он взял их на самом деле, но тогда он мне сказал, что подобрал их возле какого-то спящего на дороге пьяницы, когда возвращался с горки с санями домой вечером ранее. Снега тогда было – во! — Арчи поднес ладонь к горлу. — Не думаю, что он меня обманул, и все было именно так. В общем, чтобы почувствовать себя взрослым, да и запретный плод, как говорится, всегда сладок, мною было принято четкое и ясное решение – попробовать покурить. Крис как будто заранее знал мой ответ, поэтому принес с собой не только сигареты, но и спички, которые как раз-таки спер из дома. Спичек у него всегда было, — Арчи снова поднял ладонь до прошлого уровня, — по горло. Кто-то из его родни работал на фабрике по производству спичек и, вероятно, подворовывал их. Раньше же не было всех этих камер слежения, сканеров и детекторов. С этим набором джентльмена мы пробрались по сугробам в школьный сад и спрятались за деревьями. Там мы выкурили по сигарете. «Еще?» — спросил тогда меня Крис. Ответ был очевиден, и мы выкурили по второй. «Еще», — с жадностью произнес я, и уже третья сигарета была у меня в зубах. Не думаю, что мы курили взатяг. Нет. Скорее всего, просто набирали полный рот дыма и выпускали его, иначе мы бы не смогли выкурить целую пачку за один раз. Никто бы не смог. Даже мой отец.