— Это правда ты! — воскликнула Кейт, когда маленький Арчи продвинулся еще на шаг и нерешительно обернулся назад, чтобы посмотреть на родителей, запрятавшихся в толпе.
Размахивающих кулаками мужиков уже разняли охранники, и им только оставалось, что выкрикивать непристойные выражения, что, в прочем, быстро закончилось, когда оба выяснили, что посылали друг друга в одно и то же место.
«Иди сюда резче, маленький, безмозглый недочеловек», — проговаривал в уме мужик с перегаром в костюме Санта-Клауса и продолжал с очень наигранной улыбкой зазывать к себе руками маленького Арчи, и тот подходил к нему.
— Хочу к Санте! Хочу к Санте! — раздался откуда-то издалека пропитанный слезами писклявый голос девочки. — Хочу к Санте! А! У! Хочу подарок! Я же выучила!.. Я хочу куклу!
Девчонка в розовой шапке с помпоном, в надетом на одну руку пуховике, с ревом, криками и соплями пыталась вырваться из рук своих родителей, которые из раза в раз пытались объяснить ей, что у Санта-Клауса закончился рабочий день, что они обязательно придут сюда рано утром.
— А это ты! — Арчи прослезился от удивления. Они оба прослезились, когда хныкающая девочка с визгом вырвалась из рук родителей и побежала к Санте, волоча по белому, пыльному полу свой пуховичек почти того же цвета, болтающийся на одной руке и запутывающийся в ногах. — Это ты! Такая милота!
Маленький мальчик почти сел на колени Санты, как позади него маленькая Кейт запнулась, повалилась и, как камень для керлинга, проскользила несколько метров, оставив за собой шлейф чистого протертого пола.
— Санта! Санта-а-а-а! — Слезы девочки капали на пол, а сама она протягивала руку и никак не могла подняться. — Сан… Санта!
Арчи подошел к ней, помог встать на ноги, отряхнул ее испачканный пуховик и штанишки и уступил ей свое место.
— Не плачь, девочка, — произнес он таким же писклявым голосом, — иди к Санте вместо меня, а я приду к нему завтра.
Она ничего не ответила и радостно, стирая слезы с глаз и щек, подбежала к Санта-Клаусу, запрыгнула на его колени. Пока она рассказывала ему заученный стишок, подоспели ее родители. Ее мама подобрала с пола пуховик, который Кейт сбросила с себя на бегу, а папа пожал руку Арчи и сказал:
— Ты настоящий мужчина, парень.
— Это он… она… они… — не могла собраться с мыслями взрослая Кейт, вновь увидев спустя пару десятков лет своих родителей.
— Джон и Лиза Милани, — подтвердил старик, тотчас вспомнив их имена, — твои биологические родители.
— Я люблю ва-а-а-с! — всхлипнула она и разрыдалась. Ее родители того же возраста, что и она сейчас, не слышали ее. — Я люблю вас, Джон и Лиза!
Младшая Кейт уже получала заветную куклу от Санты, который уже одной ногой был в баре, от Санты, который будет кормить оленей и улетать в другие страны после нескольких стадий крайне сильного алкогольного опьянения.
Довольная и улыбающаяся от уха до уха, с куклой, размером с нее, в руках она подошла к мальчику в голубом костюмчике с ушами зайца на бейсболке, застенчиво посмотрела ему в глаза, и спросила:
— Как тебя зовут, мальчик?
— Арчи Пинтен. Вон там – мои родители.
— А я Кейт. Спасибо тебе, Арчи Пинтен с теми родителями! — Она улыбнулась и быстренько, чтобы никто и ничего не понял, поцеловала его в щеку. — Ты настоящий друг!
Поначалу маленький Арчи не нашелся с ответом, а когда понял, что только что произошло, его лицо тут же налилось краской.
— Ты тоже, — произнес он и, улыбаясь, убежал к Марте и Брэду, чтобы рассказать о поцелуе девочки, но они итак все это видели от начала и до конца и искренне гордились своим сынишкой.
На этом показ общего прошлого закончился, и старик перенес их обратно в комнату Бумажного Макса. Ему больше не хотелось давить на их чувства, а эта комната более всего подходила для разговоров.
— Надеюсь, теперь вы оба понимаете, какой небывалой, невероятной нитью вы переплетены? Вы связаны между собой, вы созданы друг для друга. Ничто не может разорвать вас, — старик помедлил, — кроме нонаме.
— Я всегда это знал! Клянусь Богом, Кейт, я всегда чувствовал, что уже был знаком с тобой!