— Ты будешь говорить, жирдяй!? — кричал во все горло Леха, размахивая привязанным к шнурку гвоздем. Тем самым гвоздем из доски, которую так тщательно прятал от чужих глаз Арчи под лопухами, ветками и розовой зимней курткой. — А!? Я не слышу тебя, каломасса!
Олегсандр никак не мог ему ответить, разве что покрасневшими, слезящимися глазами, переполненными болью, ужасом и отвагой. Он сидел, наваленный спиной на дерево. Его руки обхватывали ствол и были перевязаны тем же шнуром, на котором болтался окровавленный гвоздь Лехи. На ногах у него лежало сырое, покрытое мхом бревно, заваленное остатками строительного мусора, увесистым лопнувшим кинескопом древнего телевизора и обломками засранного унитаза. Рот Алекса был широко раскрыт из-за торчащей из него лампы накаливания с перегоревшей спиралью и проржавевшими контактами. Алекс делал все, что мог: мычал, стонал, всхлипывал и непрерывно высказывался горловыми звуками: «ооу у оу» и «ии а уй». Его рубашка и торчащие из-под завала штаны были исполосованы гвоздем, а из разрезов сочилась кровь, запекшаяся в некоторых местах корочкой. Все лицо его было в синяках и рассечениях.
— Где твой выблядский дружок-пидорок!? — орал Леха, не прекращая размахивать кнутом с металлическим наконечником. — Клянусь, я отпущу тебя, как только ты скажешь, где он! Клянусь, тебя не узнают даже близкие родственники, если ты не прекратишь посылать меня «а уй»!
— Ао а уй! — стараясь, как только мог, произнес Алекс и тут же получил прорезающим со свистом воздух гвоздем по ноге, из которой и так уже вытекло не мало крови, засухарившейся на штанине. Алекс взвыл.
— Эй, додик! — крикнул Арчи.
Леха обернулся, Луна прыгнула на него и вцепилась в руку. Плетка выпала и приземлилась на поношенный пуховик. Леха взревел. Он пытался сбросить Луну с руки, но та намертво вцепилась в его плоть, прокусывая ее до кости. Это была ее месть, месть во спасение спасшего ее от смерти и тяжелой жизни Алекса.
— Отвали, сука! — Леха ударил Луну по пасти. Она взвизгнула и упала на мусор, мигом спохватилась и прыгнула на его ногу. Леха пнул ее, как футбольный мяч, и та отлетела. — Сучара!
Алекс взвыл от жалости.
Все так же с шокером в вытянутой руке Арчи побежал на Леху. Боль в теле как рукой сняло, когда речь пошла о сохранении жизней его друзей. Он перепрыгнул углубление в груде мусора (именно оттуда извлекли труп водителя автобуса), сделал два длинных шага и нажал на заветную кнопку. Раздался характерный треск и вспышки, что Луна поджала хвост. Леха заметил Арчи и извернулся как только мог при виде сине-белых молний перед его лицом. Удар пришелся по касательной. Арчи едва задел кистью его ухо, и током Леху не ударило.
— А! — заорал Леха и с силой толкнул Арчи в сторону его движения.
Арчи мог бы удержаться, но гнилые овощи сыграли с ним злую шутку: «чавк-чавк», и он упал, сумев не обронить шокер, чего нельзя было сказать о фонарике.
Леха хотел наброситься на него сверху и придушить, но сначала решил подобрать свой гвоздь на шнурке. С ним, он думал, дело пойдет куда продуктивнее. Блестящий под светом фонарика пруток лежал в метре от него. Он схватил его, но не сумел оторвать от земли – шнур запутался в сухой ветке, не выпускавшей его.
Этого времени, пока Леха копошился со своим «Мечом Короля Артура», Кейт хватило, чтобы произвести прицельный бросок кедровой шишкой. Ее снаряд вскользь зацепил кончик носа Лехи, оставив только царапину.
— А! — снова заорал он, плюнул на гвоздь и всем весом прыгнул на Арчи. — Ты, гнида волосатая!..
Арчи надавил на красную кнопку шокера и ударил его током в живот. Леха обмяк.
— Гнида невоспитанная! — произнес Арчи, выбрался из-под тяжелого тела, набрал полный рот слюней и плюнул в очаровательное лицо безмозглого Лехи, даже не покривившись.
Кейт вышла из засады и помогла Арчи вынуть ноги Алекса из-под завала.
— Расслабься, друг, — Арчи резким движением выдернул лампу, со скрежетом проскользившую по зубам, из его рта, — и извини меня.
— Ты как, миленький? — с ужасом спросила Кейт, развязывая его руки.
— Я… им… н… ничего не сказ… ничего не сказал, — с непреодолимой дрожью произнес Алекс.