Больше всего Арчи впечатлил участок, тянущийся до конца улицы. Он был огорожен высоким кованым забором с незамысловатыми элементами в виде извивающихся стеблей с листьями и цветами, разделенным на одинаковые секции кирпичными столбами песочного цвета. За забором стоял трехэтажный коттедж с четырьмя позолоченными колоннами перед входом, держащими на себе балкон с бетонными перилами и здоровенными вазами с цветами. Слева от коттеджа деревянные постройки выглядели лилипутами рядом с бетонным гигантом. Со слов Олегсандра, это были гостевые домики и баня с сауной, в которой так же легко могли проживать две семьи. Справа – яблоневый сад, по рядам которого тянулась и переплеталась паутина тропинок, вымощенных гранитной плиткой. На свободных площадях располагались островки желтых цветов, которые поливали два садовника в синих комбинезонах и красных бейсболках.
По всей видимости, садовники о чем-то общались, поскольку один из них оживленно жестикулировал свободной рукой для придания значимости свои словам, а второй внимательно на него смотрел, не забывая поворачивать поливочный шланг. В какой-то момент слушателю что-то не понравилось, и, увеличив напор, он направил на него струю воды, отчего собеседник повалился на землю. Оба громко захохотали.
Переглянувшись, Алекс с Арчи поддержали их.
— Я бы не отказался от освежающего душа, слишком уж жарко, — произнес Арчи, продолжая смотреть на водную войну садовников.
— А я бы искупался в реке, это намного лучше. Плаванье укрепляет организм. Луне, кстати, тоже нравится плавать, особенно нравится плавать за брошенной мною веткой и приносить ее обратно. — Олегсандр присвистнул Луне, она подбежала к его руке и придалась его ласкам. — Арчи, я не придавал этому значения, но та ночь…она…эм…
— Что она?
— Ну…она…не показалась тебе странной?
— Смеешься!? Ночь, о которой я нихрена не помню и после которой я проснулся в каком-то лесу, да еще и в другой стране, недалеко от города с созвучным названием и, по словам других, похожим на мой…странная? Дай-ка подумать! — Арчи повысил голос и чуть не кричал. — Ничего странного! Вполне обычная стандартная, мать ее, ночь!
— Я не то имел ввиду. Извини. Выслушаешь меня?
— Постараюсь!
— Когда ты проснулся, был ли ты сырым? Или было ли в лесу сыро, как после дождя?
— Вроде бы, нет. Я был сухим, да и в лесу было не сыро, разве что утренняя роса. А что?
Олегсандр на секунду задумался, вспоминая ту ночь и что именно его смутило в ней.
— Той ночью я как обычно пошел заниматься своей работой. Небо было затянуто тучами, что звезд совсем не было видно. Ветер бушевал так, что трещали ветви деревьев. Я даже побоялся, что одна из них обязательно упадет на меня и придавит. По всем ощущениям, должен был начаться дождь, поскольку даже Луна не пошла со мной, она всегда чувствует приближение осадков и не выходит из дома.
— Думаешь, что не начавшийся дождь – это странность? Даже синоптики постоянно ошибаются.
— Вовсе нет! Может, это никак к делу и не относится, но в какой-то период времени (наверное, ближе к полуночи) я отчетливо видел сияющие несколько раз молнии.
— Вот так чудо! — Арчи не выдержал и нервно рассмеялся, скалясь белыми зубами.
— Тебе не интересно?
— Извини, нервы сдают. Я устал от загадок и непонятных явлений.
— Может, я и не синоптик, но точно знаю, что после удара молнии должны слышаться раскаты грома. Разве не так?
— По идее, да. Обычно я тоже слышу гром, хоть и тихий. Какой-никакой, но гром, — ответил Арчи, так и не понимая, к чему клонил Олегсандр.
— Вот и я слышу, да не в тот раз. Кроме ярких вспышек и уходящих с неба в землю светящихся линий ничего не было. Ни единого намека на гром.
— Они были далеко от тебя, вот ты ничего и не слышал, — предположил Арчи.
— Хотелось бы мне в это верить. Когда молнии ударяют почти десять раз за три секунды, мерцая, как стробоскоп, это заставляет задуматься. И все-таки расстояние было небольшим. На таком расстоянии громыхает так, что в ушах звенит.
— Возможно, ты…
— Самое необычное в том, что молнии не хаотично били по земле, а точно в одни и те же места. Одна за одной, раз за разом (если глаза меня не обманывали и у меня не поехала крыша).