Выбрать главу

Бумажный Макс

Под текстом были прикреплены фотографии с места преступления. Для пущего эффекта Макс развернул одну из них на весь экран.

Обнаженная девушка с длинными светлыми волосами, забранными в хвост, лежала грудью на бетонном полу. Затылком она упиралась в задний бампер своего автомобиля, в ее рот была вставлена выхлопная труба, к которой тонкой медной проволокой были примотаны ее черные от копоти губы. Лицо и плечи тоже были покрыты сажей.

— Зачем ты мне это показал? Как это связанно с Алексом? — с крайним недовольством спросил Арчи, прикрывая глаза ладонями и оставляя щелки для просмотра.

— Не торопись. Я только покажу тебе еще кое-что и тогда объясню. — Макс открыл другую папку, а в ней – файл и сразу перемотал новостной текст до прикрепленной фотографии. Ее он тоже растянул на весь экран.

Мертвый, полностью голый мужчина сидел в кресле возле включенного телевизора с открытыми глазами. На шее виднелись следы от удушения железной цепью, а вокруг сосков – следы от человеческих зубов. Пенис его был натянут до пупка и пристрелен мебельным степлером к животу десятком скоб, а мошонка опущена в стеклянную банку из-под солений и залита бетоном.

Арчи не мог больше смотреть на снимок даже через щелки между пальцев и отвернулся к окну. Он с трудом сдерживал подходящую рвоту и, прижимая ладони к губам, пробубнил:

— Где ты все это взял? В обычных газетах такого не печатают, да и в интернете такое не особо публикуют.

— Так сказать, есть источники. Пойми, Арчи, этот информационный портал – моя собственность и мой хлеб. Если бы не шокирующие подробности, я бы пошел по миру.

— И тебя ни разу не блокировали?

— Пока что мне везло. На каждого представителя закона, сующего свой нос в мои дела, у меня находился противозаконный компромат. — Макс подмигнул Арчи, закрыл файл и продвинулся к другому. — Все мы не без греха.

— Жесть…

— Не то слово. Все фотографии, что я тебе показываю, связаны не только с Алексом, но и с тобой, так что, будь добр, посмотри на экран.

— Со мной? — Удивляясь, Арчи со злобой в глазах повернулся к Бумажном Максу. — На что ты намекаешь?

— Просто посмотри. Это из последнего. Новость за второе августа. — Макс не удостоил Арчи даже взгляда и уткнулся в фотографию. — Ее звали Ласкутина Наталья, ей было двадцать три года от роду. Ее обнаружили в одной лишь футболке, как видишь, лежащую звездой на баскетбольной площадке возле Школы №5 с разрезанной брюшной полостью и мячом внутри. Сначала все решили, что он беременна.

— Я в шоке.

— Ага, я тоже, чувак, — согласился с ним Макс. — Видишь едва различимый смайлик, выложенный беленькими точками на асфальте между ее ног? Это ее зубы. Все до единого.

— Вот дерьмо! Полиция уже нашла шизика, который натворил это?

— Вот сейчас и пришло рассказать тебе об этих жертвах и как они с тобой и Алексом связаны. Сразу скажу, что жертв не три, а, скорее, тридцать три, если не больше. Стабильно раз в месяц в Слобурге кого-то убивают. Я лишь показал тебе самые жуткие снимки. — Макс закурил и попросил Арчи слушать его внимательно. — Все эти жертвы не случайны, как кажется многим и особенно полиции. Их кое-что объединяет.

— Что же? — озадаченно спросил Арчи и растянулся на диване.

— Все они так или иначе засветились в порнографии. Я не говорю, что все без исключения убийства в Слобурге связаны между собой. Вовсе нет! Только девяносто девять процентов, не меньше. — Макс улыбнулся, но, решив, что улыбка неуместна, состроил серьезную гримасу и выпустил струйку дыма. — Теперь ты понимаешь обеспокоенность Алекса за своих детей и, может быть, за бывшую жену?

— Обалдеть! — Арчи поправил подушку под головой. — И давно он об этом знает?

— Я когда-то рассказал ему, узнав, чем занимались его дети.

— Ну дела! Полиция не поймала маньяка, раз жертвы до сих пор появляются?

Макс сощурил глаза от солнечного луча, отразившегося от оконного стекла ему в лицо, встал со стула и задвинул шторы.

В комнате стало темно, лишь телевизор освещал помещение. Макс принялся искать что-то на компьютере и через минуту открыл документ с полностью заполненной текстом страницей, в каждой строке которого была записана дата и через слеш – имена и фамилии двух людей.