Арчи успокоился и хотел было вернуться обратно в укромное местечко, как дверь снова дернуло в сторону и ему чуть не оторвало руку. Кончиками пальцев, испытывая боль в плечевом суставе, он удержал угловатую дверную ручку и захлопнул за собой дверь. Он обернулся к своим товарищам, нервно и со страхом наблюдающим за происходящим, плавно произвел вращательное движение плечом, несколько раз поднял и упустил руку, навалился спиной на стену, съехал по ней и сел на корточки.
— Болит, но, думаю, разрыва связок плечевого сустава нет, — сообщил он и тут же спросил: — Часто у вас происходит спонтанное буйство природы? Я подохерел от увиденного!
— Нет, — только и смог промолвить Алекс.
— Никогда. — Макс затушил окурок о подошву кроссовок и закурил новую. — Сколько себя помню, такое произошло впервые. Были, конечно, и ливни, и ураганы, но чтоб так резко все начиналось… такого я не помню. Считай, пара минут, и яркий солнечный день отзеркалило совершенно в обратную сторону.
— Там даже шифер с крыши исцарапал автобус и автомобили. Твой, вроде, не пострадал.
— Это хорошо, — выдохнул Макс.
Внезапно в дверь затарабанили. Сначала все подумали, что это большущие капли косого дождя ударяли по ней, поэтому не придали этому никакого значения. Потом темп ударов замедлился, но сами удары стали куда массивнее прежних.
— Артур, открой! Это я! — донесся знакомый нежный женский голос из-за двери.
Внутри переглянулись, не понимая о ком идет речь, но вскоре до Арчи дошло, кто из них Артур и чей этот приятный голос. Он поспешил открыть дверь, и промокшая до нельзя Катя в своих зеленых штанишках и серой майке с цветным рисунком, прилипшей к ее худенькому животику и округлой груди в светло-розовом бюстгальтере зашла в подъезд. Волосы ее придавило к голове, и они космами ложились на ее плечи. В целом выглядела она так, будто только что на нее вылили ведро, а то и два воды.
— Привет, Артур. — Она протянула ему руку. — Хорошо, что в последний момент я тебя увидела. Ох и задачку ты мне задал со своей встречей на нейтральной территории, лучше бы сам пришел в «Ешь и Пей». Я бы тебя не укусила… О! Привет, Макс! Какими судьбами? Здравствуйте, — кивнула она и Олегсандру, наклонилась над Луной и потрепала ее за ухо.
— Я не хотел, — виновато сказал ей Арчи и с укоризной взглянул на Макса.
— Это была моя идея. — Макс взял вину на себя и увидел одобрение в глазах Арчи. — Ар…Артур – мой родственник из… Кирова. Приехал погостить. С детства не виделись. А это Алекс – мой кореш. Луна – его верная подруга. Прошу любить и жаловать.
— Приятно познакомиться. — Катя поздоровалась с Алексом. — Значит, Артур испугался встретиться со мной наедине и на это, так называемое, свидание, — она поставила кавычки пальцами, — и позвал с собой двух подстраховывающих?
— Все не так! — Арчи покраснел и забегал глазами по подъезду в поисках помощи. — Я… пойдем прямо сейчас, куда скажешь. Вдвоем.
— Пошли на пляж, — Катя посмеялась, — только надену водолазный костюм, который как раз лежит в моей сумочке.
— Хо… рошо, — ответил Арчи. Бумажный Макс шлепнул ладонью себе по лбу.
— Какое хорошо, чувак? Кать, извини моего брата, он немного стесняется и тупит. Ты забыл какая там погода?
— Ничего я не туплю, — возмутился Арчи, — я… это… ну…
Вся мокрая, с улыбкой на лице Катя завороженно смотрела на Арчи. Ей нравилось его поведение, такое не свойственное остальным тем, кто до этого подкатывал к ней. Что-то ей понравилось в нем, что-то сильно тянуло к нему, как и его к ней. Какая-то чужеродная, не знакомая ей сила. Неужели любовь? Возможно. Из-за детской травмы и недопонимания ее другими людьми единственным чувством, которое она все время испытывала, была ненависть. Ненависть ко всем жителям окраины. Все, что она могла сделать – это фальшиво улыбаться им всем и поддерживать дурацкие беседы на убогие темы. Она делала вид, что ничего не помнила с того дня, когда все стали называть ее Катей, потом тронутой, безмозглой, недоделанной. Ни один житель окраины не нравился ей как человек. Любой житель окраины – априори ублюдок, надсмехающийся над ней. Даже Бумажный Макс, который ни разу не оскорбил ее и не сделал ничего плохого, всегда оставался в ее глазах просто парнем, с которым она могла бы иногда поговорить, не более.