— Ты что? Катя, мы так не считаем! Так ведь, Макс?
Макс кивнул, подошел к раковине и умыл вспотевшее от смеха лицо.
— Зачем тогда водить меня за нос? — возмутилась она. — Сначала ты в «Ешь и Пей», потом Макс с Алексом – все вы запинались, когда произносили твое имя, словно говорили его впервые: «Ар…тур», — как-то так. Я более чем уверена, что тебя зовут не так. Мне кажется, что мы с тобой уже встречались. Нет, не лично. Скорее всего, я могла тебя видеть где-нибудь в центре Слобурга, когда ездила по магазинам за шмотками, там хотя бы есть выбор. Иногда я езжу туда, чтобы прогуляться по набережной (там потрясающий вид) и посидеть на площади у фонтана. Часто ты там бывал? Нет? В любом случае, «Ар… тур», я могла тебя видеть общающимся с твоими друзьями, и они тебя точно звали тебя иначе. Хочешь верь, хочешь нет, но у меня прекрасная зрительная память, а твое лицо нашло в ней свободную ячейку, хоть я уже и не помню лиц своих родителей. Так какое же твое настоящее имя, Ар… тур? Ар… нольд или Ар… мен? Что заставило вас соврать мне? От кого ты скрываешься?
Когда она закончила, Арчи с Максом еще несколько минут таращились на нее. Арчи хотелось переубедить ее, сказав, что она не права, что он ни разу не был в Слобурге, рассказать ей всю правду, которую он знал о себе, и разложить ее перед ней на тарелочки. Он уже открыл рот, но так и замер в раздумьях, волной нахлынувших на него. «Что, если она, действительно, встречалась со мной ранее? Тогда предположения Алекса и Макса могут оказаться правдой? Значит я потерял память? Тогда кто все эти люди, которых я считал знакомыми и друзьями? Кто та женщина, у которой есть фотография со мной и которую я считал своей матерью? Память же пропадает без записей новых воспоминаний?» — крутились мысли в его голове, которые Катя точно не могла прочитать.
За окном стемнело. Макс отлучился в комнату проверить, высохла ли одежда Кати. Майка оказалась полностью сухой, а вот джинсы еще оставались влажными на поясе и на карманах. Он все же переложил их на системный блок, запустил ресурсозатратные программы, назначение которых знал только он, а заодно посмотрел на часы: 21:10 – время вечерних новостей, транслируемых по ТВ. Обычно он их не смотрел, поскольку новости на ТВ, по его мнению – старости по сравнению с новостями в интернете, в котором он проводил большую часть своего времени, пока в его жизни не появился Арчи. На всякий случай он решил записать эфир и посмотреть, когда будет свободная минутка. От нагрузки компьютер загудел, а корпус начал нагреваться.
Когда Макс возвращался на кухню, ему позвонил Алекс и сообщил, что они с Луной вернулись домой, что с домом все в порядке, только калитку сорвало с петель, но это не критично, он легко починит неисправность. Макс передал слова Алекса Арчи и Кате.
— Теперь вы решили просто-напросто меня проигнорировать? — возмутилась Катя. Ее можно было понять – она впервые доверилась человеку и желала уважительного к себе отношения, которого не испытывала долгое время.
— Так ты ей так ничего и не рассказал, Ар… чувак? — удивился Макс. — Если ты думаешь, что я стану отдуваться за тебя, то ты чертовски ошибаешься.
— Но этого не может быть! — вырвалось из Арчи. — Мне неловко сейчас что-либо рассказывать. С одной стороны, я подверг критике слова Кати, хоть и верю в ее слова, с другой – я не могу обманывать сам себя.
— Понимаю тебя. История, правда, интересная, но, чел, разве ты не думал, что это действительно частичка твоей истории. Что если это недостающий паззл мозаики?
— Ребят, хватит говорить загадками. Вы, прям, великие конспираторы.
— Катя, я правда ответил бы на все твои вопросы, но боюсь, ты будешь считать меня чокнутым.
— Все мы немного чокнутые. — Она обняла его сверху, упираясь упругой грудью в его небритую щетину на щеке, отчего он отчетливо слышал ее сердцебиение даже через плотный халат Бумажного Макса и чувствовал тепло ее тела и приятные прикосновения ее рук на спине. Потом она задела губами его ухо и прошептала: — Я помогу тебе, просто отвечай «да» или «нет», хорошо?
— Хор-р-ошо, — с дрожью в голосе ответил Арчи, поскольку уже не мог сопротивляться ее обаянию.
Тогда она взяла его руки в свои и начала допрос:
— Тебя зовут Артур?
— Н-нет.
— Ты знаешь свое имя?
— Д-да.