— Назовешь его мне?
— Д-да, позднее.
— Хорошо. — Ее глаза заблестели. — Ты наломал дров и теперь скрываешься?
— Нет. — Дрожь в голосе Арчи пропала.
— Ты родственник Макса?
— Нет.
— Могла я тебя раньше видеть? То есть до твоего посещения «Ешь и Пей».
— Нет, я так не думаю. Не знаю, — растерялся Арчи. — Чем больше мы с тобой общаемся, тем больше я верю в обратное. То есть мне все больше кажется, что я тебя знаю. Или знал. Или пересекался с тобой.
Макс налил Арчи стакан холодной воды из-под крана и закурил сигарету в предвкушении услышать продолжении услышать продолжение допроса.
— Интересненько… — Катя постучала пальцами по столу и вновь взяла его за руку. — Ты меня обманываешь?
— Нет.
— Я тебе нравлюсь?
— Да! — четко ответил Арчи и покраснел. Он не ожидал, что сможет ответить на такой вопрос, но что сделано, то сделано. По крайней мере, были внесены хоть какие-то ясности.
Катя обняла его и, громко причмокнув, поцеловала в лоб. Кто бы мог подумать, что этот поцелуй Арчи запомнит на всю оставшуюся жизнь? Такой короткий, но такой пылкий поцелуй. Свой первый поцелуй он уже забыл. Сколько ему тогда было? Десять? Противный поцелуй с противной девчонкой, живущей по соседству. Сейчас она, конечно, не такая уж противная: на полголовы выше Арчи, со стройной фигурой и третьим размером груди. После колледжа она уехала из Слобтауна в Бостон и какое-то время работала на Клафлин-стрит в магазине спортивных напитков. Со своей внешность легко вышла замуж за толстого лысеющего банкира и родила ему двух пацанов, а до этого, пред отъездом целовала Арчи пару раз чуть ниже пояса, и вот это он уже помнил очень хорошо. Такой поцелуй для него тоже в своем роде был первым. Все поцелуи из прошлого Арчи и близко не могли сравниться с поцелуем в лоб, которым одарила его Катя, почти материнским поцелуем.
— Воу! Полегче! Я еще здесь! — воскликнул Макс. — Приберегите свои страсти на потом или дайте мне шанс не наблюдать за этим… В общем, чувак… Катя… ну… вы оба должны знать, что я могу на пару минуть выйти или…
— Ма-а-а-кс! — возмутился Арчи. Ему не понравилась его пошлая шуточка, да он и не думал ни о чем подобном.
— Чего? Дело же молодое.
— Я говорю: перестань.
— Ничего страшного, — сказала Катя, — мне все равно пора идти, пока на улице не так темно. А как уйду, занимайтесь чем хотите. Как там моя одежда?
— Почти высохла. — Макс принес одежду Кати из комнаты и подал ее ей. — Карманы, правда, все еще влажные.
— Ерунда. — Она вязала одежду и отправилась переодеваться в ванную комнату, не забыв прихватить с собой сумочку (с мокрыми карманами еще ничего, а вот без трусиков было бы неловко: потертости и все такое).
— А ты чего сидишь весь такой очарованный? Чувак, так дело не пойдет.
— А что не так? — удивился Арчи.
— Чел, ты реально тронутый, — Макс заулыбался, — поднимай задницу и собирайся. Ты же не хочешь, чтобы на Катю напал какой-нибудь колдырь или насильник, или психопат, или…
— Да понял я уже!
Арчи оторвался от нагретой табуретки и, озираясь на кучи тянущихся под потолком и свисающих под своим весом проводов, подошел к выходу. Он удостоверился, что телефон, врученный ему Максом, был в целости и сохранности, а индикатор батареи показывал два деления из четырех. Он не знал, на сколько хватит заряда аккумулятора, но при условии отсутствия на нем интернета и как следствие – социальных сетей, решил, что час телефон еще точно проработает, а может и больше. Впрочем, большего ему не было нужно. Арчи верил, что одного часа ему будет вполне достаточно, чтобы проводить Катю домой и вернуться к Бумажному Максу. Арчи не знал, как сильно он ошибался.
Катя вышла из ванной комнаты. Трусики, хоть они и оставались немного влажными и холодными (сумочка не сушилка), она надела, как и все остальное, а вот бюстгальтер не удосужилась (то ли он был совсем сырым, то ли это был ход конем с ее стороны). Через тонкую материю ее майки на Арчи смотрели выпирающие бугорки ее сосков, а Арчи смотрел на них. Макс тоже от него не отставал. Катя не могла этого не заметить. Она заправила майку за пояс, отчего ткань натянулась, соски стали торчать пуще прежнего, а Макс почему-то сунул руку в карман.