— Ничего необычного я не вижу, фото как фото, да и вы на них почти не изменились, будто они были сделаны в одно и то же время. — Он отодвинулся от стола, расправил плечи и изогнул спину, устремив взгляд в потолок.
— Отчасти ты прав, — отозвалась Катя, — между снимками, действительно, не более месяца, даже погода и время одинаковые. Но есть небольшое различие, которое неподготовленный даже не заметит.
Она постучала пальцем по своему изображению сначала на первом фото, потом на втором, давая понять Арчи, куда именно стоить смотреть. Тогда Арчи снова напряг глаза и извилины, вглядываясь в мельчайшие подробности девочки на фотографиях: худенькие ножки в юбочке, такие же ручки, торчащие из коротких рукавов футболки с едва согнутыми кулачками, пухлые щечки и развевающиеся по ветру волосы – все то же самое, что он видел и ранее.
— Давай я тебе помогу, зайчик, — она показала на свои глаза, — а теперь посмотри на глаза тех девочек на фото. Видишь?
— Вроде бы, да-а-а… — протянул Арчи и еще пристальнее всмотрелся в черно-белые снимки. — Похоже, на фото с мужчиной твои глаза немного светлее. Так?
— Ути-пути, мой Шерлок. — Она потрепала его за волосы, приблизилась к нему и кончиком носа коснулась кончика его носа. — А теперь посмотри мне в глаза. Нет, не на фото, а в мои. Скажи, что ты думаешь?
— Думаю, люблю тебя еще сильнее, Кейт. Ты же не против, если я буду звать тебя так всегда?
— Называй, как хочешь, Арчи, — она чмокнула его в губы, — только, похоже, ты так ничего и не понял.
— Ни капли.
— Я постараюсь объяснить. — Она присела рядом с ним и взяла обе фотографии. — На обеих фотографиях я немного отличаюсь, хоть ты этого и не видишь, но суть с глазами ты уловил. Родители утаивали от меня этот факт, но люди из моего окружения шептались, что после пропажи (назовем это так) у меня изменился цвет глаз. Сама я этого не знаю, да и на черно-белом фото этого, к сожалению, не видно, но думаю, что это правда. Оттенок точно светлее.
— В детстве у всех изменяется цвет глаз, разве не так? — задумался Арчи.
— Не знаю. Может и так. Ты встречался когда-нибудь с близнецами?
— Не то что бы знаком, но, конечно, видел и не единожды. На пару лет младше меня у нас в школе учились два парня, а что?
— Как быстро ты мог понять, кто из них кто?
— Ну… когда они были совсем мелкими, была вообще неразбериха, а когда стали постарше, можно было уловить то или иное отличие, но это не точно. Некоторые и с возрастом остаются копиями друг друга.
— Вот именно. Только каждый близнец, как бы сильно он не был похож на своего брата или сестру, с легкостью может определить себя на фото. Вот и я вижу, что на первом фото стою, вроде бы, я, но это не я. Точно не я, хоть и разница невелика, а на фото с мужчиной в костюме – я.
— Думаешь, на первом снимке твоя сестра-близнец?
— Не знаю, но это точно не я. Надеюсь, ты не думаешь, что я ненормальная?
— Как ты можешь такое спрашивать каждый раз? Неужели ты мне не веришь? — разозлился Арчи.
— Верю. Извини. Это было в последний раз.
— Не стоит извиняться.
— Хорошо, но все равно извини. Думаю, этой ночью ты меня точно простишь. — Она сексуально подмигнула ему и попрыгала попой на табуретке, что задрожал пол, а стол заходил ходуном.
— Ахах, перестань, у меня уже встал, — краснея, улыбнулся Арчи.
Она перестала.
— У тебя было что-то похожее? Были у тебя чувства, что ты это не ты?
Арчи хотел было помотать головой, но за долю секунды вспомнил, как смотрел в зеркало ванной комнаты Бумажного Макса. Тогда ему показалось, что он выглядел как-то странно, но не придал тому значения, ссылаясь на усталость. Он вскочил из-за стола, выбежал из кухни и открыл первую попавшуюся в коридоре дверь с матовым стеклом. Он не ошибся, дверь вела в ванную комнату Кати. Она была не такая ужасная, как у Макса, и в ней было большое зеркало. Арчи встал перед зеркалом и разделся догола.
— Ты чего это убежал, как поджаренный? — весело спросила Катя, глядя на него через дверной проем.