В шлеме Елены вспыхнула тревожная лампочка. Всю ее левую сторону пронзила волна горячей боли. Тихо и медленно воздух вытекал из костюма, но Елена уже не чувствовала этого. Сдавленно вскрикнув, она рухнула на пол. Ее сознание отключилось.
Глава 28
Вспыхивая и тут же исчезая, проносятся годы мимо долгожительницы: век — как десятилетие, десятилетие — как год. Никто не знает, нашла ли Джоан Митчел когда-нибудь то, что искала всю свою жизнь: длительную якорную стоянку за пределами Земли для своего эмоционального понимания всех вещей.
Сиобан бездумно смотрела в черную пустоту космоса. Ксенонцы имели доступ к факультативной прыжковой технологии, иначе и быть не могло. Уже более четырех деказур тому назад она осознала, что если это когда-нибудь произойдет, то Сообществу придет конец. Мысль о том, что машины могут обладать достаточным разумом и сами создать подобную технологию, не приходила ей тогда в голову. Поэтому она пыталась всеми доступными ей средствами помешать тому, чтобы такую прыжковую технологию могли создать люди. Ее план был осуществлен настолько удачно, что почти на пятьдесят язур исследования в этой области были приостановлены. Нечто похожее удалось когда-то Альберту Эйнштейну с его теорией относительности. Теперь это в прошлом. Сиобан вздохнула, подумав о том, что ей вскоре предстоит. Но, собрав волю в кулак, она отодвинула от себя мрачные мысли.
И вот теперь она сидит здесь, практически в пустом военном шаттле, целью которого была Облачная база, какой-то богом забытый сектор, входивший в сферу влияния Аргонской Федерации. Такой отдаленный, что даже представить себе трудно. Здесь не было ничего заслуживающего упоминания, за исключением огромной космической станции, кружившей вокруг солнца этой солнечной системы по своей собственной орбите. И находилась эта станция где-то там, где было холодно, пусто и одиноко.
Для Сиобан совершенно неожиданной оказалась информация о том, что гонеры создали здесь станцию, которую называли Храмом. До этого времени она ни о чем подобном не слышала. Новым было для нее и то, что гонеры были категорически против того, чтобы их называли сектой. Они предпочитали понятие «Общество Знаний». И уже совершенно ошеломляющей, просто потрясшей ее новостью было так называемое Решение о Восстановлении Истины: правительство Аргон Прайм признало, что на протяжении сотен язур оно скрывало определенные исторические факты. И главным из них было реальное существование планеты по имени Земля, откуда, собственно, произошли не только все аргонцы, но и раса машин, то есть ксенонцы. Натан Р. Ганн, великий аргонский народный герой Первой стазуры, на самом деле был уроженцем Земли, так же как и его соратница и близкий друг Джоан Митчел, которую в народе называли Гидрой.
Руки Сиобан осторожно погладили книгу, лежавшую у нее на коленях. Книга называлась «Гидра и Герой. Что могли сказать друг другу Джоан и Натан». Книга была очень ценная и старая: ей было не меньше двухсот язур. Книгу подарил ей Руф, который хорошо знал о ее слабости: она очень любила настоящие книги из прошлого. Он не сомневался, что ей понравится эта история, и оказался совершенно прав. Она была просто влюблена в эту книгу, прочла ее за прошедшие две стазуры дважды от первой до последней страницы. Она ее просто проглотила, чтобы хоть как-то унять сумятицу в голове.
Мысли Сиобан были прерваны сообщением из громкоговорителя, которое извещало о том, что шаттл будет принят в доках космической станции через несколько мизур. Аргонка вздрогнула и быстро запихала книгу в деловую папку, бывшую ее единственным ручным багажом. Она попыталась разглядеть Храм, но снаружи, как и прежде, ничего не было видно, кроме отдаленных туманов и незнакомых конструкций, медленно образовавших вокруг шаттла полукруг. Вероятно, автопилот, замедлив ускорение, поворачивал нос космолета снова в направлении полета, как того требовали протоколы приземления современных посадочных каруселей.
— Ну что ж, все это действительно интересно, — сказала женщина, сидевшая у окна с другой стороны прохода.
В самом начале полета она представилась как командир Дитта Борман. Это была плотная, мускулистая и крайне деятельная особа с коротко стриженными соломенными волосами и энергичным круглым лицом. Она и Сиобан были единственными пассажирами на борту шаттла.