«Возможно, — думала Сиобан, — это потому, что вышли из строя машины, следящие за работой и состоянием ворот».
— Забытые стартовые ворота, — с замиранием сердца произнесла она. — Когда это солнце покинуло Галактику, о них забыли и никогда больше за ними не ухаживали.
— Думаю, это произошло невероятно давно, — сдавленным голосом произнес Селдон. Он уже давно дал указание компьютеру сделать максимально точные записи.
— А хааки? — вмешался Фолкна.
— Что? Сейчас взгляну. — Сиобан проверила показания приборов. — Их нет. Они исчезли. Все девятнадцать. Щитовые генераторы снова функционируют.
— Мы слишком далеко залетели, — сказал Зак Фолкна.
Он произнес эту фразу с таким нарочитым спокойствием, что сперва никто не обратил на это внимания. И только спустя мизуру Сиобан, будто пребывавшая в каком-то трансе, спросила, что он хотел этим сказать.
— Единственные ворота, которыми мы можем воспользоваться с учетом габаритов нашего переходного модуля, это те, что перед нами. Все другие остались слишком далеко, чтобы мы с нашими приборами смогли до них добраться.
Селдон и Борман потеряли дар речи. Они слышали его слова, они их поняли. Но им бы очень хотелось, чтобы он не говорил этих слов и чтобы они их не поняли.
— Мы не выберемся отсюда, — поставила точку Сиобан, но в ответ было только молчание. Через какое-то время она откашлялась: — Мы не можем воспользоваться этими воротами. Но, возможно, выход все же есть! Мы же попали сюда через эти ворота, а это означает, что они функционируют хотя бы в одном направлении. Но мы не знаем, куда они ведут и есть ли у них вообще связь с другими, принимающими, воротами. Может быть, они ведут в Пустоту, может быть — на другой конец Вселенной. А возможно, в Галактику, которой это солнце когда-то принадлежало. И если нам чуть-чуть повезет, это может оказаться наша Галактика.
— Или они отправят нас в Пустоту гиперпространства, — чуть слышно пробормотал Зак Фолкна. Инженер знал разработанные Сиобан теории почти так же хорошо, как и она сама.
Сиобан подумала о Нину и Йоне, которые еще ничего не знали о последних событиях. Она активировала интерком и позвала обоих в кабину пилота.
— Мы должны предпринять эту попытку, причем немедленно, — сказал мальчик. На его лице явно читалась озабоченность. — Планетарное Сообщество рассчитывает на нас. Мы не можем пренебрегать ни одной возможностью.
— Йон прав, — кивнула Нину. — У нас мало времени. Мы должны попытаться, чего бы нам это ни стоило. — Однако было видно, что ей очень страшно.
Спустя несколько мизур «АП Предвидение» пришел в движение и взял курс на центр древних, раскачивающихся стартовых ворот. Корабль исчез в сине-фиолетовой буре излучения. Потерянная звездная система на краю заброшенной пустыни, лежащей между Галактиками, снова заснула своим одиноким мертвым сном, будто никто его и не тревожил.
Глава 41
Елена Кхо — единственный человек, которого я ценю и уважаю. Я видела ее кровь, а она видела мою: мы стали заклятыми друзьями. И поэтому я когда-нибудь с радостью увижу, как она умирает!
Разыскать на баркасе питательные плитки и донести их до Чинн оказалось гораздо труднее, чем предполагала Елена, так как город находился далеко от летного поля. Какое-то время Елена даже подумывала о том, не воспользоваться ли ей на свой страх и риск теладинской шлюпкой с ручным управлением, но быстро отказалась от этой идеи. По сравнению с лапами теладинцев ее руки были слишком велики для этих утопленных в панель рычагов, и если не знать их точное расположение, то тыканье наугад может скорее навредить, чем помочь делу.
Елена пережидала наступление ночи миттазуры в баркасе и пыталась хоть немного подремать, но это плохо ей удалось. Дождавшись раннего утра полной миттазуры, она отправилась в город пешком и добралась до него за две стазуры. Госпиталь Елена нашла быстро. Женщина-сплит ошарашила Елену тем, что вежливо поблагодарила за все сделанные усилия.