Поскольку корабли, сопровождающие корабль с ЦП, не предпринимали никаких враждебных действий, Елена, приблизившись к терраформеру, решила увеличить скорость и подойти к гиганту еще ближе. У нее вспотели ладони, чего прежде с ней никогда не случалось. Нервозность давала о себе знать и спазмами в области желудка, и покалыванием в области сердца, но жуткий страх перед машинами, как оказалось, начал отступать. Елена вытерла ладони о комбинезон и взяла в руки рычаг управления. Конечно, в случае опасности Нихи сумеет управлять кораблем гораздо лучше ее. Но ей было необходимо ощущение уверенности, возникающее при непосредственном контроле, а это было возможно только при ручном управлении.
Когда расстояние между ними составило около полутора километров, Елена еще раз попросила показать ей габариты терраформера. Корабль казался настолько огромным, что человеческие органы восприятия непроизвольно старались приуменьшить его, к тому же темнота и резкие контрасты вакуума изрядно мешали точной оценке. И все же показатели совпали: 850 метров на 165 метров. «АП Никконофун» не пролетел, а буквально прошел неспешным шагом сквозь цепь, образованную черными кораблями сопровождения. На фоне мощного корпуса терраформера ксенонские истребители были почти незаметны, как рой мошкары над головой выброшенного на берег голубого кита. Елена откинула голову. Черный цилиндр подавлял буквально все, заполнял собой весь горизонт, сверху донизу и справа налево. Никогда больше в истории человечества не удавалось создать подобной колоссальной структуры в космосе. Но не исключено, что наступит время, когда люди будут вынуждены снова начать подобную работу.
Неожиданно на изрытом ямками фоне обшивки вспыхнули ослепительные белые ряды огоньков, спиралью закручивающиеся вокруг цилиндра. Елена вздрогнула, но сумела так быстро взять себя в руки, что рулевое управление не успело отреагировать на движение. Вблизи оказалось, что это отдельные огоньки, отстоящие как минимум на десять метров друг от друга. Это были настоящие физические светящиеся тела, а не голограммы посадочного дока, как принято в Планетарном Сообществе. Елена сразу же поняла, что это приглашение корабля с ЦП, которое означало: «Сюда, в этом направлении!» Вспотевшими от волнения руками она направила «АП Никконофун» вперед, вдоль носовой стены вращающегося цилиндра, пока не достигла большой лобовой плоскости. Плоскость была поделена на восемь огромных сегментов, которые именно в этот момент выдвинулись вперед, распрямились и открылись навстречу космосу. Внутри мерцало слабое освещение, а белые цепочки огней на наружной обшивке тут же погасли.
Елена колебалась. У нее не было репутации боязливого человека, но сейчас она дрожала всем телом. При этом она не боялась умереть. Нет, в нее вселяло ужас присутствие древнего прототипа врага всего человечества. Но она достаточно хорошо себя знала и не сомневалась, что ничто на свете не удержит ее теперь от этого шага. Так зачем оттягивать событие? Она решительно направила «АП Никконофун» в глотку колосса. Все восемь входных сегментов тут же захлопнулись за маленьким М4/Бастером. На приборной доске замигали оранжевые сигналы.
— Нихи?
— Мне передали стандартный протокол прибытия, майор Кхо. Он соответствует протокольной проверке номер восемнадцать, которая уже с четвертой язуры теладинского летоисчисления считается устаревшей.
— Но ты можешь, несмотря на это, посадить здесь «АП Никконофун»?
— Да, майор Кхо, но кроме того, согласно этой же проверке номер восемнадцать, М4 не сможет здесь пополнить запасы топлива.
Елена помолчала и осторожно выглянула в окно кокпита. Внутренние стены медленно вращались вокруг крошечного аргонского корабля, который еще не приспособился к этому вращению. Обычно выравнивание ротации на космических станциях происходило с помощью посадочной карусели, но, похоже, здесь ничего подобного не было. Вместо этого Нихи воспользовался рычагами контроля положения, чтобы выровнять корабль. И окружающее тут же приобрело для Елены два новых, субъективных качества: верх и низ.
Прямоугольные светильники, расположенные ровными рядами на полу и на потолке, вспыхнули, как огромные неоновые лампы. Некоторые световые элементы, длиной до пяти метров и шириной до одного метра, нервно мерцали, остальные вспыхивали и тут же гасли, а некоторые даже не пытались давать свет. Несмотря на такое своеобразное освещение, Елена сумела рассмотреть больше, чем прежде. По обе стороны туннеля располагались ряды ниш, каждая из которых имела свои механические руки-захваты, весьма напоминавшие грузовой подъемник для микрогравитационной среды. Это были ангары для небольших космических кораблей! Для какого именно вида кораблей они могли бы предназначаться, Елена пока себе не представляла. Обычные ксенонские боевые корабли, хотя и довольно элегантные, были слишком велики для этих ниш. Даже корабли из сопровождения космолета с ЦП не смогли бы сюда поместиться! И насколько Елена могла видеть, ни одна из ниш не была занята. Между этими ангарами и рядом с ними пролегали рельсы, ведущие до конца стыковочного туннеля. Сначала Елена не могла понять их предназначения. Когда «АП Никконофун» стал приближаться к концу туннеля, она увидела десятки больших машин, стоявших плотными рядами на этих рельсах, совсем как бусины, нанизанные на нитку. Наверное, это были роботы для обслуживания и обеспечения прибывающих космолетов всем необходимым. Но они тоже были в нерабочем состоянии, и, судя по всему, уже достаточно давно.