Хотя Тедди Шаффран больше не работал на полицию, он должен был пойти к ним, как только обнаружил знаменитую нить в деле «Шалмо. - Немедленно сообщить им о неисследованном до сих пор следе, который внезапно возник в его голове. Ему платили за такие озарения. За то, чтобы пролить свет на слепые зоны, предложить направления расследования, которые никогда бы не пришли в голову следователям. С одним золотым правилом: никаких связей и эмоций по отношению к жертвам. Ни в коем случае не допускать их в свой личный круг. Оставаться холодным и отстраненным, как искусственный интеллект.
На этот раз он почти провалился... С самого начала, когда он ознакомился с этим делом, проблемой для Тедди была Аполлин Мальро, вторая из трех жертв Шалмео. Девятнадцать лет, проживала в Во-ан-Велен, пригороде Лиона, такая же красивая, как и другие, замученная, убитая. Она слишком, слишком походила на Элизу, его жену. Не Элизу до ее смерти, а молодую студентку двадцатилетней давности, которую криминолог встретил на скамейках факультета психологии. Это было почти то же лицо, которое он увидел на фотографиях, предоставленных родителями Аполлин. То, как она приподнимала уголки губ, когда улыбалась... то, как ее глаза искали свет...
Убийца сжег гениталии девушки пламенем температурой более 1500 °C, а затем бросил ее в лесу в восьмидесяти километрах от Лиона. Как и в случае с двумя другими, список надругательств, которым она подверглась, занимал более трех страниц в отчете судмедэксперта. Когда он впервые получил его в руки, Тедди ничего не сказал командиру Ланье, руководителю группы, который вел расследование в течение двух с половиной лет. Потому что ему нужен был этот контракт, чтобы погасить долги и удержать на плаву свое частное агентство. Потому что, если бы он отказался от этого сотрудничества, он бы испортил отношения со своим крупнейшим клиентом: полицией. Однако, когда он сам показал фотографии Гаранс Декупер, своей партнерше в Schaffran & Decupper, она посоветовала ему немедленно отказаться от этого дела. Сегодня он знал, что должен был послушать ее и попросить Ланьера привлечь другого эксперта.
Очень скоро он начал плохо спать. Его мучили кошмары, и он пил виски за виски, чтобы забыть плохие сны. Когда он не пил, молодые Аполлин, Клементина и Леа танцевали вокруг его кровати в адском кругу, обнаженные, с половыми органами черными, как выжженный лес. А его жена Элиз приходила к нему в гости с щеками, изрезанными осколками стекла. - Тук-тук, это я. Думаешь, что поимка убийцы этих бедных девочек спасет меня? Думаешь, это сделает тебя менее ответственным за то, что со мной случилось? Ты ошибаешься. Я буду преследовать тебя до самого ада, — шептала она ему на ухо.
Несмотря на все это, в течение четырех месяцев своей миссии, начатой после третьего и последнего на тот момент убийства, он проводил одно совещание за другим, возвращался на места обнаружения тел, допрашивал семьи, соседей, друзей. Затем он составил психологический портрет преступника. Он представил отчет из восьмидесяти семи страниц, который добавился к тысячам страниц уже составленных протоколов. Психокриминалисты, такие как Тедди, не раскрывали преступления, они просто приносили дополнительную информацию. Полицейские могли использовать ее или нет. По завершении работы они в любом случае переходили к чему-то другому. Так, в мгновение ока.
Хотя Тедди перестал регулярно пить по окончании этого контракта, дело продолжало преследовать его. Несмотря на то, что он работал над другими делами в агентстве, где занимался в основном поиском пропавших без вести людей и случаями кражи личных данных, тайна Шалмо продолжала крутиться в его голове. Всплывающие образы, ужасные ночи, дни борьбы со сном и размышления в поисках упущенных деталей. Человек, которого описывали как организованного сексуального извращенца без заметных интеллектуальных недостатков, действовал в одиночку и убивал молодых женщин, едва достигших двадцати лет, с периодичностью примерно раз в восемь месяцев. Если он будет продолжать в том же духе — а не было никаких оснований полагать, что будет иначе — следователи найдут четвертое тело в ближайшие недели.
Именно это постоянное состояние бдительности и вызвало искру десять дней назад, когда сотрудник спортивного магазина попросил его номер телефона, чтобы создать учетную запись для программы лояльности — он решил заняться бегом как последним средством защиты от своих навязчивых мыслей. Внезапно из глубины его сознания всплыло, казалось бы, ничем не примечательное изображение: пара «практически новых» кроссовок для бега по бездорожью 37-го размера, выставленных на продажу на аккаунте Vinted родителей Клементины, последней жертвы. С этого момента домино начало падать одно за другим. Тедди вспомнил теннисную ракетку, которую он заметил в углу комнаты Аполлин. Он вспомнил одежду для верховой езды Леи, которая с детства увлекалась лошадьми.