С наушниками на голове Леони с горечью погрузилась в раздумья. Она уже бывала здесь с отцом, когда была маленькой. Тогда, детскими глазами, она находила это место забавным, но сегодня оно вызывало у нее чувство дискомфорта. Здесь было как в мрачном парке развлечений. Они прошли мимо бесконечных рядов бараков, затем под подвешенным над ними конвейером, по которому двигались вагонетки, увидели огромные котлы, дробилки и запутанные конвейерные ленты, возвышающиеся как Вавилонские башни.
— Я хорошо знал вашего отца, — сказал Малькон, как будто прочитав его мысли. — Он был хорошим начальником строительной бригады, очень честным. Я и представить не мог, что девочка, которую я иногда встречал, станет офицером полиции Квебека. Вы добились большого успеха в жизни, он должен быть вами гордиться.
Леони ограничилась вежливой улыбкой, и он не стал настаивать. Далее поезд с рудой терпеливо ждал на рельсах, окруженный грузовиками, которые с каждым днем будут загружать его тридцатью тысячами тонн железных шариков. Там, среди лиц, которые усердно трудились, вырывая кровь из земли, были инну из резерваций Папакассик, Уашат и Малиотенам, разрушающие свою собственную территорию, чтобы иметь что поесть.
Карьер Геркулес внезапно появился за небольшими голыми холмами. Тедди никогда не видел ничего столь грандиозного. Яма была настолько глубокой, что строительная техника внизу выглядела не более впечатляющей, чем муравьи. Красные склоны были крутыми, но рассеченными на ровные слои, как рисовые поля. Они объехали эту бездонную пустоту по крайней мере на два километра, а затем их автомобиль свернул на дорогу, которая плавно извивалась вдоль стен до самого дна. Им потребовалось целых пятнадцать минут, чтобы добраться до этой зоны, которая, по их оценкам, была размером с десять футбольных полей.
Огромный экскаватор за один раз выгружал более 150 кубометров руды в грузовик с колесами, которые были больше, чем они сами. Малькон оставил загрузку, после чего махнул рукой в сторону кабины с тонированными стеклами, расположенной на высоте восьми метров. Его жесты явно указывали сотруднику спуститься, но полицейская не замечала никаких движений. Машина остановилась, угрожающе, с продолжающим работать двигателем и поднятым огромным ковшом, недалеко над их головами. Достаточно было нажать на кнопку, чтобы раздавить их как мух.
— Что он делает? — проворчал Лиотта, поправляя шлем.
Леони достала оружие. Она уже бросилась к лестнице, схватилась за перила и поднялась по десяти крутым ступенькам до кабины. Дверь была заперта. Эта штука походила на настоящий бункер на гусеничном ходу.
— Вы никуда не уйдете! Откройте!
— Я ничего плохого не сделал, — раздался голос изнутри.
Девушка была начеку. Достаточно было ему резко открыть дверь, чтобы она упала в пустоту.
— В таком случае, давайте поговорим. Закрываться здесь только ухудшит ситуацию.
Наступила тишина. Леони дала знак Лиотте, стоявшей внизу, не двигаться. Внезапно двигатель затих, экскаватор перестал трястись. Она услышала щелчок, и появился Алексис Лэндри с поднятыми руками.
Вокруг словно застыло время. Все с изумлением наблюдали за происходящим.
39
Алексис Лэндри жил в сборном доме, одно из окон которого выходило на старую яму, стены которой были покрыты снегом, который исчезнет только с наступлением весны. Жилище было простым, сборным, но новым и функциональным, с душевой, гостиной, небольшой кухней и спальней. Мусорный бак снаружи, к сожалению, был опустошен, а его содержимое измельчено.
Шахтер сидел напротив Леони, спина прямая, зрачки неподвижны. Тедди сидел чуть правее и наблюдал за каждым ее движением. Лиотта и один из его агентов, пришедший на подмогу, тем временем обыскивали помещение от пола до потолка — что, учитывая размер жилища, не заняло много времени. Сержант вернулся из спальни с полароидом, несколькими фотографиями и стопкой порножурналов, которые он положил на стол.
— Это было в ящике комода. Мы все осмотрели, больше ничего нет.
Леони наклонилась над фотографиями. На них были запечатлены окрестности: озеро Ридж, лес, заснеженные берега... Затем она полистала журналы. Лэндри занимался рукоделием практически на каждой странице, но, судя по всему, он просто наклеивал копии своего лица на торсы мужчин-актеров и менял местами головы некоторых девушек.