Лиф невольно вздохнул с облегчением, когда их путь привел к старому кирпичному зданию. Его витражные окна, переливающиеся от изумрудно-зеленого до глубокого фиолетового, создавали причудливые узоры на стенах, словно само здание дышало магией. Свет, пробивающийся сквозь цветное стекло, придавал окружающему пространству почти сюрреалистический вид.
– Зачем мы здесь? И где мы вообще? – озадаченно спросил Лиф, осматриваясь. Перед входом в здание валялись груды мусора. Кое-где виднелись бурые пятна, напоминающие запекшуюся кровь. Огромные клыки и длинные когти, разбросанное повсюду, служили детям игрушками для импровизированных боев. Их смех и возгласы резко контрастировали с мрачной атмосферой места, будто сама жизнь пыталась вырваться из тягот этого уголка города.
– Это подпольный клуб, где работала первая жертва недавних убийств, – пояснил Дэф, не отрывая взгляда от входа. – Боб Снейгер. Ростовщик, управляющий подпольной химической лабораторией. Не самый приятный тип, но его смерть вызвала слишком много вопросов. – После короткого объяснения он уверенно шагнул внутрь здания. Лиф, помедлив секунду, последовал за ним. Внутри здание встретило их полумраком и сыростью, пропитанной запахом пота и металла. В центре помещения находилась арена, окруженная металлической сеткой. На ней двое бойцов, облаченных в потрепанную экипировку, отрабатывали удары друг против друга. Услышав шаги, они прекратили тренировку и замерли, внимательно наблюдая за вошедшими. В их глазах читалось любопытство, смешанное с осторожностью.
Когда из тени появился Лиф, один из бойцов расплылся в насмешливой улыбке. Его лицо выражало искренний интерес, но в голосе слышалась издевка:
– Неужели нас посетил сам Лиф Фортис, наследник клана «Кайросс»? Чем обязаны такой чести?
Лиф явно смутился, услышав свое имя. Он начал мяться, пытаясь подобрать подходящие слова:
– Эм… мы…
– Мы пришли, чтобы задать вопросы об убитом, – бесстрашно перебил Дэф, шагнув вперед. Его голос звучал холодно и уверенно, не оставляя места для колебаний. – О Бобе Снейгере.
Боец, который до этого смотрел на них с легкой ухмылкой, моментально изменился. Его лицо стало серьезным, а тело напряглось. Он выпрямился во весь свой внушительный рост, демонстрируя развитую мускулатуру, и встал перед Дэфом, словно пытаясь подчеркнуть свое физическое превосходство.
– А с чего ты взял, что мы тебе хоть что-то расскажем? – процедил он, сузив глаза. Его голос звучал угрожающе, но в нем чувствовалась скрытая настороженность.
– Согласен, у тебя нет поводов мне что-либо говорить. Поэтому предлагаю пари: если я одолею вас в бою, ты расскажешь мне все о жертве. Согласен? – произнес Дэф ровным тоном, но в его голосе чувствовался холодный вызов, от которого по спине пробегали мурашки.
– Если мы победим, вы станете нашими грушами для отработки ударов, договорились? – лукаво усмехнулся боец.
Дэф кивнул.
От этих слов лица двух бойцов озарились жутковатыми улыбками. Они медленно переглянулись, и в их глазах вспыхнул огонь жестокости, смешанный с азартом, как будто они уже представляли, как будут растягивать удовольствие от предстоящего поединка.
– Ты такой хлюпенький… Может, твой легендарный братишка подерется с нами? Ведь это он в восемь лет убил десятерых полицейских, верно, Дэф? – протянул первый боец, особо выделяя каждое слово, наслаждаясь тем, как Дэф слегка напрягся, услышав свое имя. Голос звучал насмешливо, но в нем сквозила тщательно скрываемая угроза.
– Так значит, ты знаешь, кто я, – процедил Дэф, его губы тронула едва заметная усмешка, но в черных глазах с белыми зрачками полыхнуло что-то ледяное, пронзающее до глубины души. Он не отводил взгляда от бойца, словно хотел прожечь его насквозь.
– Естественно! Весь город только об этом и говорит, особенно дамочки, – расхохотался второй боец, его смех звучал громко и издевательски, но в нем чувствовалась нервная дрожь. Он пытался казаться уверенным, но уже начинал осознавать, что связался с кем-то, кого явно не стоит провоцировать.