Нода 4. Анет
Северин так и не смог поймать тот момент, когда конструкторы начали его хоть как-то замечать. Теперь они могли доверить ему припаять нейропровода или даже провести простенькое тестирование. Видимо, задача "не мешать и не косячить" выполнялась неплохо.
Работать своими руками ему нравилось гораздо больше, чем руками исполнителей. Весь мир будто отступал, оставался только он, провода, чип и паяльник.
Он под микроскопом рассматривал чип, пытаясь найти дефект, из-за которого тот не работает, когда в кабинете появился Гинзбург.
— Кох, пошли, П.Е. дала разрешение кое на что взглянуть.
— Что там?
Гинзбург приблизился и шепнул ему на ухо. Северин почувствовал, как шевелится кожа на его черепе. Почти без сожаления он выключил свет и пошёл за ним.
Было одновременно очень интересно и страшно, предвкушение погружения соседствовало с ожиданием боли возвращения в себя.
— Мы в кабинет симуляции?
— Нет. И ежу понятно, что если кто-то кроме П.Е. узнает— нам крышка. Но она согласилась прикрыть.
Всё, что касалось Погореловой, вызывало у Коха чувство подозрительности.
— Может, она просто нас проверяет? Типа пойдем мы на это или нет, пусть даже с её разрешения?
— Не, она не такая. Ты вообще зря так дичишься. Хотя, если бы она со мной тоже так... Это очень странно выглядит, честно. В любом случае, давай сюда.
В руках Гинзбурга блеснул ключ. Он огляделся по сторонам и открыл неприметную дверь.
— Что это за место?
— Старая серверная. Это всё собрали Нойман и его практиканты.
— Оно работает?
Гинзбург запер дверь и усмехнулся.
— Работать то работает, а что делает— непонятно. Если кто-то это и знает, то только четвертый-пятый этаж наверное. Короче не трогай ничего подозрительного, ну к черту. Лучше вообще ничего не трогай.
Гинзбург достал из папки хитро свёрнутый кабель и нейроинтерфейс. Как они там поместились?
— Настраивать научился?
Кох угукнул и принялся двигать бегунки и колёсики на приборе. Аспирант с кабелем полез куда-то под стол в поисках разъема.
Гинзбург был на каких-то пять-шесть лет старше него, но между ними была пропасть огромного опыта. С одной стороны, объективно это просто молодой программист Влад, но субъективное восприятие Северина рисовало Владимира Арнольдовича— гениального протеже профессора Погореловой. Северин так и не понял, как ему следует его называть. Хотя никто не знал. Все просто называли его Гинзбургом, не вдаваясь в тонкости этикета.
Наконец, Гинзбург вылез из под стола с кабелем в руках.
— Нормальный стул тут только один, поэтому посидишь на полу. И, пожалуйста, давай без этих твоих приколов, а то нас обоих в томограф засунут.
Гинзбург включил монитор и начал запускать программу
— Все импланты вырвет к херам собачьим вместе с мозгами.— неизвестно зачем пробормотал он.
— Втыкать кабель?
— Погоди. Нормально всё равно не вставишь.
Через пару минут он закончил с компьютером и подошёл к Северину.
— Нахрена ты меня всегда за бошку хватаешь?
— Да потому что ты дергаешься как припадочный. Давай, адьёс короче.
Северин услышал щелчок и надел нейроинтерфейс. Холодный пол и мерный шум сервера плавно, но мгновенно, исчезли. Он ощутил знакомое головокружение и падение вниз. Пожалуй, в этом странном состоянии было что-то упоительные.
Он открыл глаза и увидел перед собой человека под наркозом. Какой-то мужчина, которого за всё время своего пребывания в НИИЭКИБ Северин видел пару раз, стоял и делал заметки в диджлисте.
Главное— не вмешиваться. Он здесь как лишний пассажир. Нельзя выдать своё присутствие.
Ему казалось, что он чувствует удушающе-стерильный запах операционной. Только казалось. У этого робота нет рецепторов.
По представлениям Северина, такая операция должна проходить без разрезов. Он с нетерпением ждал начала таинства, на которое так давно хотел взглянуть.
Сейчас он не был Северином Кохом. Растекаясь по проводам, теряясь при передаче к исполнителю и заполняя тело робота, его сознание становилось чем-то между человеком и компьютером. Он боялся пошевелиться, боялся даже подумать о движении, чтобы не обнаружить своё присутствие.
Человек с диджлистом кивнул и манипулятор с тонким сверлом приблизился к черепу оперируемого. Кох оцепенел. Ему показалось, что сердце бьётся часто-часто, а зрачки расширились. Только показалось.
"Интересно, кто оперирует? Профессор Вакуло? Может, сам Ферн?"
Манипуляторы робота вводили чип и контролировали подачу каких-то препаратов. Северин чувствовал себя древним многоруким божеством. Он не старался вникнуть в суть процесса, он просто наслаждался невероятной симфонией человеческого профессионализма и машинного совершенства.
Гинзбург с замиранием сердца наблюдал на операцией с монитора, когда сервер внезапно загудел.
Экран погас, и через секунду вывел надпись: "Гинз, не выключай." Влад почувствовал, как его начинает трясти. Кох что-то сотворил. Кто бы сомневался.
Недолго думая, Гинзбург связался с Погореловой.
— Влад, что-то произошло?
Гинзбург выходнул.
— Полина Евгеньевна, тут такое дело... Кох опять всё сломал, я не вижу операцию, на экране: "Гинз, не выключай"! Что мне делать?
— У тебя есть возможность посмотреть его активность?
— Нет. Что он может делать?
На другом конце молчали.
— А я откуда знаю? Дергай его, пока не сжёг протоколы и не сорвал операцию!
Гинзбург бросил трубку. Надпись настоятельно мигала. Он нажал кнопку завершения сеанса. Система не отреагировала. Влад почувствовал начинающуюся панику.
На экране высветилось: "Только попробуй". Это звучало как угроза. Не похоже на Коха.
В темном помещении выделялся бело-серый силуэт. Робот на длинных ногах, с тонким маленьким телом и длинными руками стоял полубоком. Северин знал эту модель.
Что произошло?
— С. Кох, 000 037, верно?
Кох кивнул.
— Руководство не узнает. Если Гинзу хватит ума не говорить.
— Он скажет П.Е.— предостерёг Северин.
— Полина не проблема. Ты понимаешь, где находишься?
Северин покачал головой.
— Это холл. Всё-таки она молчит. Так и передам Ною.
Осознание будто ударило током. Кажется, он понял паттерн её речи.
— Если Гинз— Влад Гинзбург, то Ной— Фриц Нойман?!
Робот плавно, будто взвешивания решение, кивнул головой.
— Заглядывай сюда. Это единственная стоящая вещь в вашем НИИ. И помалкивай давай.
Робот пошёл куда-то вдаль.
— Стой! Ты кто вообще?
— Анет.
Северин почувствовал мощный толчок, как от ударной волны. Он дернулся, движением руки снял нейроинтерфейс и почувствовал знакомый болезненный гул.
Гинзбург подорвался с места и очень резким движением поднял его за шировот.
— Ты что устроил опять?! Я же просил!
— Там... Меня куда-то выкинуло.
— Куда выкинуло, ты о чем вообще?! Я щас тебе все железки повырываю нахер!
— Там... Был робот. Она говорила про Ноя.
Гинзбург аккуратно поставил Коха на землю, достал аналоговую сигарету и сделал затяжку.
— Я решительно не понимаю, что и с какой целью ты сделал. Похоже, даже у тебя стали появляться секреты.