Схватив коробку от пиццы и устроив с ее помощью импровизированный поднос для еды, мы направились ко мне. Селенис шла позади, зажав под мышкой коробку сока, и звенела стаканами. Устроившись на полу, я посмотрела на нее. Она хотела что-то сказать, пока я раскладывала угощение, но я не расслышала.
– Вы далеко уезжаете? Сможем видеться? – переспросила Селенис.
– Далеко, – ответила я, разрушив ее надежды. – Другой конец страны, где холодно, а жителей чуть больше, чем здесь. Небольшой городок со своей атмосферой и, надеюсь, хорошим интернетом. Сможем общаться по скайпу, есть и веселиться.
– Отличный план, – произнесла Селенис и засунула в рот кусок пиццы.
– Я переживаю, что новости дошли до них и одноклассники могут ко мне плохо отнестись…
– Надо быть полными придурками, чтобы после всего травить тебя и пытаться обидеть.
– Понимаю. Но мне страшно. Когда я вижу подростков, которые смотрят на меня, внутренний голос начинает кричать: «Беги, беги, беги!». И я слушаюсь его. Хотя им нет до меня никакого дела. Никто не гонится. Но это ощущение нельзя перебороть.
– Не обижайся за совет, но лучше с этим пойти к психологу. – Селенис развела руками. – Они нанесли тебе травму, которая так просто не уйдет. Нужно работать. К тому же, это не так страшно, как пойти к стоматологу.
– Займусь этим, когда переедем. Чувствую, что нужна помощь, но немного непривычно идти к психологу, рассказывать все с самого начала, разбирать на кусочки. Хотя без этого никуда. А ты была у психолога?
– Да. Пока ты не приехала, Джессика и компания издевались надо мной. Прости, что не рассказывала раньше. Хочешь, покажу? – Она со слезами на глазах стала расстегивать рубашку.
– Селенис! Мы договорились без твоих экспериментов, – шокировано произнесла я, заметив черный лиф подруги, который показался в вырезе рубашки.
Мы ведь ни о чем таком не говорили. С чего вдруг она начала раздеваться?!
– Дело не в этом. – Она подняла чашечку лифа. Прямо на груди была черная, криво набитая надпись «Ущербная».
– За что? – Не сумев сдержать эмоций, я заплакала. Эти люди еще даже не стали взрослыми, а уже перешли все границы.
Осторожно протянув руку, я провела рукой по надписи. Она была настоящей, горячей и никуда не исчезала от прикосновений. Мне хотелось ее стереть, уничтожить. Никто не заслуживал того, чтобы его унижали, били и портили тело просто за то, что он не такой, как все.
– Пришла на вечеринку. Они позвали меня, чтобы посмеяться. А проснулась я с этим и кучей дурацких фото в социальных сетях. Я никому об этом не говорила. Только тебе…
Мне захотелось ее обнять и защитить от всего. Я подвинулась ближе.
Заплаканные глаза Селенис казались такими большими за стеклами очков. Она смотрела в пол. Не ожидая от себя, я наклонилась и поцеловала ее. Но Селенис оттолкнула меня и зарыдала еще сильнее.
– Зачем? Зачем ты это сделала? – всхлипывая, спросила она.
– Прости. Мне казалось…
– Что? Что можно играть с моими чувствами, как тебе хочется? «Захотелось поцеловать – вперед. Любишь меня?! Пожалуйста, люби, я не против. Только я уезжаю завтра, но что мне мешает расколотить перед этим твое сердце?!» – она вскочила и стала судорожно застегивать пуговицы.
– Прости. Прости. Прости. – Я поднялась, не понимая, что делать. Поцеловав подругу, я не почувствовала сексуального влечения и желания быть вместе. Мне не захотелось продолжения. Если честно, было немного противно.
– Все нормально. – Селенис успокоилась и посмотрела на меня, усмехнувшись. – Я ведь сказала, что не лесбиянка. Просто так получилось.
– А в этот раз не сдержалась я. Если что, мне нравятся парни. Настолько, что я даже на вымышленных вешаюсь и езжу за ними в разные города.
Мы засмеялись, смотря друг на друга. Когда общаешься с человеком близко, легко перепутать привязанность с каким-то другим чувством. После сериалов и книг может показаться нормальным поцеловать девушку или парня, или обоих вместе, исследуя свою сексуальность. Но перед этим стоит спросить себя: я правда этого хочу или просто навязываю себе?
– У меня появился парень, – прервала мои философские мысли Селенис и загадочно улыбнулась.
– Вымышленный? – от неожиданности я произнесла фразу, которая первая пришла на ум, и тут же захлопнула рот рукой, понимая, что это было грубо.
– Ах ты… – засмеялась она и легко ткнула меня в бок рукой. – Нет, серьезный, настоящий и особенный, – продолжила Селенис. – А познакомились мы благодаря тебе.
– Неужели? Не помню, чтобы я открыла свой сайт знакомств или стала свахой. – Мое удивление было искренним, и я, расширив глаза, смотрела на Селенис, только сейчас замечая, как она изменилась. Она накрасила губы, сделала легкий макияж, привычная строгая коса превратилась в ее более стильный растрепанный вариант с локонами. Я настолько привыкла к ней прежней, что теперь заново изучала ее.