— Что за хрень? — сержант замахал руками.
— Не знаю. Отходи назад.
— Я не… — сержант захлебнулся на полуслове. Лейтенант услышал, как тот пару раз ударил обувью об пол, а затем его будто выдернули арканом. Тело пролетело в гардероб и гулко шлёпнулось.
— Эй! Эй там! Это полиция!
Лейтенант сделал шаг вперёд. Ствол его во что-то упёрся. Он уже хотел нажать на курок, но откуда-то сверху к нему протянулась рука. Она схватила лейтенанта за голову и резко дёрнула в сторону гардероба, ломая шейные позвонки. Туман тут же пополз обратно, притягивая за собою дверь. Миг спустя донёсся жадный чавкающий звук.
Хозяйка же всё это время бродила напротив подъезда, поглядывая на окна.
— Что так долго, господи боже!
Она посмотрела на время. Прошло полчаса. Да что там можно делать столько времени? Она бросила сердитый взгляд на свои окна, затем на полицейскую машину, что стояла тут же, и пошла наверх.
Увидев открытую дверь в квартиру, она остановилась, чтобы отдышаться. Могли и закрыть, подумала она. Вдруг кто мимо пойдёт и прихватит чего. У неё и так все деньги уходят на сына-инвалида. Пенсии и того, что она получает со сдачи квартиры покойного мужа, хватает на сиделку и лекарства, но никаких излишеств. Она зашла внутрь и тихонько прикрыла дверь. Затем обернулась на коридор и вскрикнула. У двери в кладовую лежали два тела. У обоих была сломана шея. Оба были бледно-серыми, обескровленными.
— Убили… — тихо сказала она. — Убили!
В тот же момент в голове пронеслась мысль, что теперь ей не на что будет содержать сына. Кто же захочет жить в квартире, где убили двух полицейских. Такую и продать не выйдет. Да о чём же она думает? Надо же звонить кому-то, вызывать скорую, ещё полицию! Но всё-таки, что же ей делать с сыном? Одной пенсии хватит только на лекарства, но не на сиделку. Господи, очнулась она, да тут же два трупа. Два покойника!
Хозяйка достала телефон и дрожащими пальцами стала набирать номер.
В этот момент со скрипом открылась дверь гардероба.
— На что ты готова? — раздался голос.
Хозяйка обернулась и выронила от ужаса телефон. В гардеробе, посреди синего тумана стояла фигура в плаще. Длинные руки, покрытые кровью, свисали вдоль туловища. Головы не было видно.
— Кто вы? Что вы здесь делаете? — выдавила из себя хозяйка.
— На что ты готова ради него? — голос доносился из-за спины великана в плаще.
Женщина ощутила, что существо каким-то образом знает о её горе, о её несчастье. В этом скрипучем голосе, доносящемся из-за спины, ощущалась власть и сила. Хозяйку вновь окатило отчаяние своего положения. Только её сын и имел значение. Только он.
— На всё, — сказала она.
— Кровь! — проскрипел голос. — Принеси кровь, и ему станет легче!