— Вы во сне кричали, сержант, — говорит она мне с виноватой улыбкой. — Извините, что разбудила. Хотите чаю? Я вашу форму постирала, но можете халат надеть, он вот в этом шкафу.
— Простите за беспокойство, миз! — я трясу головой, прогоняя остатки сна. — Сам не знаю, что на меня нашло.
— Я Сара, помните? — женщина снова улыбается, она совсем молода, ей нет и тридцати, пухленькое миловидное создание с карими глазами.
— Конечно, Сара. Спасибо вам.
— Не за что, Ивен. Сейчас многие во сне разговаривают. Если спать больше не будете, спускайтесь обедать. Я приготовила манты и салат из водорослей. Очень полезно. И вкусно, надеюсь.
— Спасибо, Сара. Скоро спущусь.
И она уходит, улыбнувшись напоследок, оставляет меня одного, унося с собой запах ухоженной домашней женщины. Она идет вниз на кухню доигрывать роль заботливой хозяйки, готовой на все, чтобы ее мужчине было хорошо и легко. Она постирает его одежду и будет безропотно ждать, пока он досмотрит повтор футбольного матча. Займет интересной беседой. Внимательно выслушает. Приготовит вкусный обед. Хотя, приготовит, в данном контексте звучит неверно. Скорее — велит приготовить автоповару. А мне не все ли равно? Лишь бы не ненавистный сухой паек, белковая масса из дрожжей и водорослей со вкусом суррогатного мяса, в котором, по утверждению на упаковке, содержатся все необходимые для жизни белки, жиры и витамины с микроэлементами. Составит компанию в походе по магазинам или в увеселительное заведение. Поучит танцевать, потрет спину в ванной. В общем, все, кроме секса, да и то, если по вкусу придешься — столковаться можно, хотя за этим лучше в массажный салон для младшего комсостава. Псевдожена в псевдодомашней обстановке, дарящая псевдотепло и псевдоуют. Одно слово — специалист по психологической разрузке.
Настроение преотвратное. Сон, что ли виноват? Черт знает что в голову лезет.
— Капрал Трак! — представляется мне мой заместитель.
— Как дела? — интересуюсь я.
— Двое в наряде, двое — отдыхающая смена. Остальные — в увольнении. Без происшествий, сэр! — докладывает капрал.
— Без чинов, Трак. Что слышно?
— Разное говорят, садж. Но одно точно — последние деньки гуляем. Вчера морские транспорты подошли. Чего уж теперь неясного.
— Да уж, понятно… Ладно, тащи службу. Послезавтра сменю тебя. Отбой.
— Счастливо, Ив.
Прячу коммуникатор в карман. Вроде и без толку звонил, а все полегче, как будто домой заглянул. Транспорты, значит. Теперь понятно, высадка с моря. Опять пару суток блевать от качки в десантных отсеках. Весело. Но хоть какая-то определенность. Морской десант — это серьезно. Морской десант — это настоящая война. Настоящая война — это трупы, необязательно от огня противника, просто когда копится критическая масса сложноорганизованных войск, смерти идут потоком — то автодоктор с ума сойдет и наширяет какого-нибудь бедолагу до смерти, то самопроизвольное срабатывание ракеты на подвеске, или у кого-нибудь граната в режиме растяжки из рук выскользнет, или летуны с целью ошибутся. Про всякие переломанные люками-аппарелями конечности и говорить не стоит. А уж когда в ответ стрелять начнут — только держись. Галечный пляж у номерной деревушки на Форварде, как голофото отличного качества — насмерть отпечатан в моих мозгах.
С наслаждением подставляю тело водному массажеру. Душ у Сары оборудован — закачаешься. Остатки тревожного сна исчезают в решетчатом полу, вместе с потоками теплой воды. Тело мое играет мышцами. Война — лекарство от старости, средство от ранних морщин. Война — удел вечно молодых. Способ открыть личный счет, приобщиться к великому таинству смерти, и все это — за чужой счет, в режиме бесплатного ознакомления. Приезжай сам, приезжай с друзьями, пошли снимок своей девушке, стань первым по-настоящему крутым парнем в своем городке. Поток вербовочного бреда топит меня не хуже океанского прибоя во время высадки в пешем строю.