Таро содержит в себе все: Египетского Сфинкса в четырех его формах — орла, льва, змеи и человека; основу Каббалы Тетраграмматон (имя Бога — Йод Тхе Вау Тхе); четыре евангельских символа — Орел, Телец, Лев, Ангел; четыре Царства Древнего Китая; четыре символа индийского божества Вишну-Шивы — чакру, палицу, раковину и лук; четыре касты Древнеегипетского Царства; четыре времени года; четыре первостихии, четыре магических элемента алхимии — серу, ртуть, азот и соль; весь зодиак.
Слово «катрен» в основе имеет число четыре. Иероглифический Знак Креста, символ Имени, суммирует и представляет всю философию и теологию Каббалы. Он символизирует противоположности и четверичное равновесие элементов. Это точка отправления четырех бесконечных линий, навсегда разделенных, навсегда соединенных центром, который становится центром бесконечности. Руководствуясь этим принципом, Нострадамус и использовал арканы Таро: символы служили опорой для интуиции.
История оккультизма полна примерами того, что происходит с предсказателями любого ранга, действующими на любом уровне. Чаще всего это касается, так сказать, «плохих» прогнозов. Тема эта сама по себе обширная, поэтому коснемся ее только вскользь. Поскольку мы имеем дело с использованием великого магического алфавита Таро, то необходимо помнить, что количество комбинаций невероятно огромно и подходить к ним надо, включив интуицию и второе зрение, с опорой на вдохновение. Надо знать, как читать, ибо в нашем случае комбинацию карт можно только предполагать, исходя из ключевых слов.
Одним из великих жрецов Древней Греции был Тиресий — тайный или неверующий иерофант (по выражению Э. Леви). Встретив однажды двух переплетенных змей, он подумал, что они дерутся, и разделил их ударом своего жезла. Он не понимал символа Кадуцея и потому намеревался разъять силы природы, отделить пауку от веры, разум от любви, мужчину от женщины. Он ранил их во время разделения и потому потерял равновесие. Он становится попеременно мужчиной и женщиной, но не до конца, потому что вступление в брак ему было запрещено. Таинство универсального равновесия и созидающего закона здесь полностью себя проявляют. Рождение — это работа человеческого андрогина. При его разделении мужчина и женщина остаются бесплодными, как религия без науки, слабость без силы и сила, отделенная от слабости, справедливость в отсутствие милосердия и милосердие, отделенное от справедливости. Гармония возникает из сопоставления вещей в их противостоянии, их можно разделить для последующего объединения, но не так, чтобы можно сделать выбор между ними. Человек непрестанно колеблется между черным и белым в своих мнениях, даже вводит в заблуждение самого себя. Такова необходимость, что видимые и реальные формы являются черными и белыми, это проявляет себя как союз света и тени, которые всегда вместе. Таким образом, все противоположности в природе сочетаются браком, и тот, кто хотел бы разделить их, рискует быть наказанным, как Тиресий.
Следует предостеречь тех, кто хочет, попирая фундамент оккультной науки, поверхностно подойти к толкованию катренов и найти там во что бы то ни стало реалии конкретных событий, происшедших в конкретное время. В этом случае они окажутся на краю бездны, куда приведут наивных слепцов: «Недостаточно ли памяти о наших прошлых неудачах, чтобы наполнять горечью страдания сегодняшний день, и должны ли мы перегружать их всеми тревогами будущего, принимая участие в продвижении катастроф, которых можно избежать?» (Э. Леви).
Вся трудность развития заключается именно в том, что во всяком постижении человек должен уметь соединять данные интуиции с данными низших сторон согласно общим законам разума. Всякий познающий должен иметь развитыми не только самые разнообразные, но даже, с первого взгляда, исключающие друг друга стороны своего сознания. Ведь ограничиваясь интуицией, человек становится беспочвенным идеалистом, рано или поздно осужденным на крах, когда настанет неотвратимая необходимость согласовать интуитивные выводы с непреложными объективными фактами. Наоборот, считая интуицию простым беспочвенным мечтанием и отдавшись всецело области объективного мышления, человек тем самым осуждает себя на невозможность увидеть и создать что-либо, кроме объектов и форм собственного мышления.
Вся цель человека состоит в искании внутренней правды и стремлении к истинному гению человека, обитающему в недрах его души. Повсюду и всегда он должен отойти от внешнего хаоса, замкнуться в себе, напрячь все силы разума и духа и ясно осознать, что для постижения высшего нужно иметь соответственные высшие качества. Все же остальное должно быть отодвинуто на задний план, подчинено строгой дисциплине и направлено исключительно на служение высшим сторонам.
Вот как выглядит учение египетских жрецов по Геродоту:
«Изида сообщает Свое Священное Учение тем, кто стойкостью в жизни, скромный, умеренный, далекий от чувственных удовольствий, сладострастия и страстей, стремится к слиянию с Божественной Сущностью; тем, кто настойчиво упражняет свой дух строгими молитвами в храмах и суровым воздержанием, приводящими к познанию Первого и Высшего Существа, познать Которое можно лишь духом и искать Которое призывает нас Богиня в Ней Самой, в Святилище, где Она обитает».
Почувствовав свою общность с мирозданием, человек начинает совершенно иначе относиться ко всему тому, что он до сих пор видел. «Во многой мудрости много печали и кто умножает свои познания — умножает и скорбь», — сказал Экклезиаст. Чем выше разум, тем большее число феноменальных представлений он заключает, тем ближе он к Высшему Синтезу.
Дойдя до венца познаний, человек с высоты его оглядывается назад на пройденный им путь и вновь переоценивает весь ход своего развития. Он убеждается с абсолютной непреложностью, что заблуждения людей происходят исключительно из недостатка кругозора и неумения видеть одновременно различные стороны одного и того же явления. Прикованные к условностям, люди не могут сделать даже простейших выводов, и человек познавший с недоумением останавливается, видя как люди проходят мимо самых назойливых очевидностей.
Суоми Вивекананда приводит такую притчу: «Однажды спросили царя Юдистира, какая самая удивительная вещь в мире? И царь ответил: «Всякий день вокруг умирают люди, а каждый думает, что он никогда не умрет».
Людям, оторванным от синтеза и лишенным сознания единства вещей, все явления кажутся единичными, не связанными ничем и не дающими никаких законов. Случайность становится в их глазах единственным абсолютным началом.
«Как только мы отделяем природу вещей от природы Бога, берем ее самое по себе и рассматриваем явления по одиночке, мы не понимаем более необходимости мирового порядка и устанавливаем несуществующее различие между возможными, случайными и необходимыми событиями. Но что сумма углов треугольника равна двум прямым, это следует из природы дела. Поистине, лишь человеческое неведение может измышлять подобные различия в вещах. Если бы люди с полной ясностью постигали весь порядок вещей, то они находили бы все столь же необходимым, как положения математики, но так как это превосходит меру их познания, то они считают некоторые вещи лишь возможными, а не необходимыми. Поэтому нужно сказать, что Бог либо не способен создать ничего, так как в действительности все необходимо, либо способен сделать все, ибо присущая вещам необходимость состоит исключительно в его Воле и вытекает из Нее».
В последнее время особенно повысился интерес к предсказаниям Нострадамуса. Толкования совершенно различные и очень часто взаимоисключающие. Что ж, Истина всегда притягивала людей, на самом деле ищущих ее. Она одна — путей к ней много.
НАЧАЛО — В КОНЦЕ?
Человечество не на шутку разволновалось, когда нострадамусоведы представили миру свои соображения по поводу катрена 10.72. Следует предупредить, что перевод «Столетий» на любой язык, в том числе русский, — дело очень сложное, если не безнадежное. Каждый переводчик, несмотря на то, что он старается держаться как можно ближе к тексту, вносит в свою работу только ему одному присущие нюансы. За нюансами стоит смысл. Он изменяется. В основе многих слов — древние корпи. И для начала нужно хотя бы понять, где слово является не в том значении, которое известно нам на сегодня. Потом не стоит забывать, что перед нами все-таки зашифрованное послание. Вряд ли так дословно следует читать этот, как утверждают специалисты, «последний из конкретно датированных пророчеств Нострадамуса».