В катрене 6—34 мы встречаем древнее осадное орудие – катапульту, использующую в качестве снарядов воспламеняющиеся вещества:
De feu volant la machination.Viendra troubler au grand chef assieges:Dedans sera telle sedition,Qu'en desespoir seront les profliges.
Огнеметательная машинаПотревожит осажденного великого вождя.Внутри произойдет такой бунт,Что побежденные впадут в отчаяние.
Катрен 6—92 описывает зверства по отношению к пленной даме (или заложнице):
Prince de beaute tant venuste,Au chef menee, le second faict trahy:La cite au glaifue de pouldre, face aduste,Par trop grand meurtre le chef du roy hay.
Принц [ecca] столь изящной красотыОтведена к вождю; тот заставил предатьГород; мечом в порохе сожжено лицо.Из-за слишком большого убийства королевский вождь ненавидим.
В катрене 7—40 солдаты, спрятавшись в бочках, подобно сорока разбойникам из арабской сказки, захватывают городские ворота:
Dedans tonneaux hors oingz d'huille & gresseSeront vingtun devant le port fermes:Au second guet par mort feront prouesse,Gaigner les portes & du guet assommes.
Внутри бочонков, снаружи перемазанных маслом и жиром,21 человек закроются перед портом.Во вторую стражу совершат подвиг ценой жизни:Отобьют ворота и будут убиты стражей.
В катрене 8—21 флот выступает разносчиком заразы:
Au port de Agde trois fustes entrerontPortant l`infect non foy & pestilencePassant le pont mil milles embleront,Et le pont rompre a tierce resistance.
В порт Агд войдут три фусты,Неся зловоние, безбожие и заразу.Проходя мост, похитят тысячу тысяч,И мост сдастся на третьем приступе.
Агд (Агата) – порт в Юго-Западной Франции; чума в нем бушевала в 1348 году, будучи занесена из Марселя во время общеевропейской эпидемии. В портовых городах чума обычно появлялась с крысами в трюмах кораблей; об этом Нострадамус писал и в альманахах: «В латинских регионах случатся очень опасные [болезни] от заразного контагия, не только по земле, но и посредством морских флотов» (LGP 1557).
В катрене 9—82 мор и стихия помогают войскам захватить город:
Par le deluge & pestilence forteLa cite grande de long temps assiegee,La sentinelle & garde de main morte,Subite prinse, mais de nul oultragee.
Наводнением и сильным мором[Будет] долго осаждаем большой город.Часовые и стража убиты в рукопашной.Внезапный захват, но никаких бесчинств.
Договоренности воюющих сторон об обмене пленными при подписании мира нередко нарушались, о чем повествует катрен 10—1:
A l`ennemy l`ennemy foy promiseNe se tiendra, les captifs retenus:Prins preme mort & le reste en chemise,Damne le reste pour estre soustenus.
Клятва, данная врагом врагу,Не будет сдержана, пленные удержаны.Взявший награду [предан] смерти, а остальные [убиты] в рубахах.Прокляты остальные за то, что получали поддержку.
В катрене 10—4 бегство с поля боя не портит репутацию военачальника:
Sus la munuict conducteur de l`armeeSe saulvera, subit esvanouy,Sept ans apres la fame non blasmee,A son retour ne dira oncqu ouy.
В полночь предводитель армииСпасется, внезапно исчезнет.Семь лет спустя с незапятнанным именемПо его возвращении никогда не скажут о том, что слышали.
В катрене 10–13 солдаты пробираются в город под грузом фуража, что было распространенной военной хитростью еще в античное время:
Soulz la pasture d'animaux ruminantPar eux conduicts au ventre herbipoliqueSoldatz caichez les armes bruit menant,Non loing temptez de cite Antipolique.
Под кормом для жвачных животных,Привезенным ими в чрево травяного рынка,Солдаты спрятались, бряцая оружием.Бросятся в атаку недалеко от города Антиполя.
Антиполь – это Антиб, город в Савойе близ Ниццы. Согласно легенде, ту же хитрость применили воины галльского племени сегобригов, пробравшихся на праздник Флоры близ Массилии.
В катрене 10–82 военная фортуна демонстрирует свои капризы:
Cris, pleurs, larmes viendront avec coteauxSemblant fouyr donront dernier assaultLentour parques planter profons plateaux,Vifs repoulsez & meurdrys de prinsault.
Крики, плач, слезы придут вместе с ножами, —Делая вид, что убегают, предпримут последнюю атаку.окрестностях укрепленных лагерей глубоко вобьют заостренные частоколы,[Но будут] живо и внезапно отброшены и перебиты.
В катрене 10–88 под мирным грузом снова прячутся военные – на сей раз моряки:
Piedz & Cheval a la seconde veilleFeront entree vastient tout par la mer,Dedans le poil entrera de Marseille,Pleurs, crys, & sang, onc nul temps si amer.
Пеше и конно во вторую стражуВойдут, опустошая все у моря.В [грузе] шерсти войдут в Марсель;Плач, крики и кровь, никогда не было столь горького времени.
Отметим поэтичность катрена 10–97, где беспечность капитана приводит флот в руки пиратов:
Triremes pleines tout aage captif,Temps bon a mal, le doux pour amertume:Proye a Barbares trop tost seront hastifs,Cupid de veoir plaindre au vent la plume.
Триремы полны пленниками всех возрастов.Погода меняется с хорошей на плохую, сладость сменяется горечью.Добыча слишком рано поторопится к варварам,Алчно глядящим, как жалуется перо на ветру.
Французский фразеологизм «бросать перо на ветер» означает «отдаться на волю судьбы». Вольный и жестокий ветер авантюры дышит во всех приведенных катренах, предсказания которых, однако, соответствуют слишком многим обстоятельствам тогдашних войн, чтобы указывать на какие-либо определенные события.
Глава седьмая
ГОРОДА ОБРЕТАЮТ ИМЕНА
Уже при жизни Нострадамуса в продаже появились первые печатные путеводители, адресованные паломникам, торговцам и работникам, отправившимся искать заработок куда глаза глядят. Во Франции самыми популярными и достойными доверия считались путеводители Этьенов по Франции, Европе и Ближнему Востоку (Le guide des chemins de France, chez Charles Estienne, Paris, 1552; Les voyages de plusieurs endroits de France: & encores de la Terre Saincte, d`Espaigne, & autres pays, Les Fleuves du royaulme de France, chez Charles Estienne, Paris, 1552).
Эрудиция Нострадамуса охватывает не только крупные европейские центры, такие как Лион, Кельн, Будапешт, Лондон и другие. В его центуриях упоминается множество населенных пунктов, идентификация которых долго была затруднена: номенклатура географических названий в XVI веке еще не устоялась, а источники, которыми пользовался Нострадамус – а именно путеводители Этьенов, – были привлечены к исследованию «Пророчеств» сравнительно недавно. Тогда и оказалось, что Пьер-Бланш, Воторт, Бривьеска, Ранверсо, Курсан, Нарбон, Соль, Тюшан, Лаграс – не хитроумные анаграммы, обозначающие неизвестно что (или кого), а названия реальных населенных пунктов в устаревшем (но принятом в XVI веке) написании.