– Ах, ты пришла… Я так скучала по тебе, милая! Этот негодник Горацио заставил тебя поплакать!
Я ошиблась, старушка все-таки свихнулась и явно принимала меня за кого-то другого.
– Простите, сеньора. Вы меня с кем-то путаете, – начала я, но Вентурини вдруг уставилась прямо на меня строгим взглядом.
– Я и не с вами говорю, Юрианна Ритци, а с вашей спутницей! – Она кивнула мне за спину. – Мелисса, заходи же скорее.
Мелисса?
Моей спины коснулся холодок. Я медленно повернулась, всем телом чувствуя вибрации, расходящиеся по земле и воздуху.
Простенькие туфли с отбитыми мысками, дешевые чулки с заплатками и платье, висящее тряпкой на худых плечах. Проследив за моим взглядом, молодая женщина немного виновато улыбнулась, словно ей было стыдно за своей внешний вид. Но даже такая она была безумно красивой. Мертвой, но красивой.
Заметив мою растерянность, она быстро подмигнула мне и приложила палец к губам, а затем протянула окутанную призрачным сиянием руку. Это прикосновение не было холодным. Метка тут же запульсировала, разгоняя по моему телу тепло.
Я нашла… Немо, я нашла ее! Как жаль, что тебя нет рядом.
Пока сеньора Вентурини хлопотала на кухне, мы с матерью моего маэстро сидели на старых креслах друг напротив друга. Мелисса с нескрываемым интересом изучала меня, я же не решалась задать вопрос первой. А вопросов у меня было!.. Сотни. Женщина не торопила.
– Почему только сейчас, – наконец, заговорила я.
– Ты про мое появление? – улыбнулась Мелисса.
– Да.
– Сеньора Вентурини – единственная, кто помнит обо мне. Мы с Горацио очень постарались, чтобы заставить всех забыть. Ты слышала про заклинание вечного забвения?
– Вы защищали Немо? – догадалась я.
– Да. Моя беременность стала и чудом и проклятьем одновременно. Не было нежности и любви в поступке его величества, лишь злость и зависть к нашим с Горацио отношениям. Он сослал моего жениха в дальнюю провинцию подавить беспорядки. Я же осталась при короле. Его величество обещал приглядеть за мной, но… Ты же слышала балладу. У меня не было иного выбора. Горацио самого бы ждал трибунал и тюрьма по возвращении, если бы я не была сговорчивой.
Однако за свое пристрастие к черной магии наш правитель жестоко поплатился. Боги лишили его возможности иметь детей. И ни одна из его наложниц не понесла от него. Да только со мной вышло иначе. Из всей той боли и предательства вдруг появилось нечто чудесное. Мой Немо… Но когда я осознала, что стала сосудом для ребенка, обреченного на страшную смерть, то испугалась. Я полюбила Немо и никогда не винила его в том, что стало со мной, но и к Горацио вернуться я не могла. Слухи о моей неверности расползлись как ядовитые змеи по Фероци. Я спешно переехала в свой старый дом, начала вести хозяйство и всячески скрывала свое положение.
– Но король узнал…
– Этот город не умеет хранить тайны. Преданные Селеста, Луиджи, Флавио и Адольфо сражались до последнего вздоха. Ты видела все моими глазами, когда чуть не погибла.
– Немо спас меня, – прошептала я, и по моим щекам потекли слезы.
– Я все видела. Я всегда приглядывала за ним. Горацио так и не смог отпустить меня, постоянно призывал мой дух. Роды были тяжелыми, и я не пережила их. Видимо, боги увидели свою оплошность и захотели восстановить равновесие. Жизнь за жизнь. Но печать Горацио давала мне силы быть рядом.
Я заливалась слезами, слушая Мелиссу и думая о Горацио Торрагроссе. Что чувствовал он, когда подкинул новорожденного сына своей возлюбленной на ступени приюта? Каково ему было растить того, в чьем лице было так много и от Мелиссы и от ненавистного насильника? Что он испытал, слыша, как Немо кличут сыном блудницы?
– Юри, не печалься о прошлом. Все ведь прошло… – Мелисса потянулась к моему лицу, попытавшись вытереть мои слезы. – Немо так повезло с тобой!..
– Но я не знаю, как спасти его. Я не справилась. Не сохранила тайну Немо. Скоро король обо всем вспомнит и…
Перед моими глазами появилось иссушенное тело моего Маэстро.
– Ты сильнее Горацио, ты найдешь способ, Юрианна Ритци. Я верю. Мы верим…
Не дожидаясь, возвращения сеньоры Вентурини, Мелисса помахала мне рукой и растворилась в воздухе.
Старушка поставила на стол поднос с ароматным чаем и миской слипшихся конфеток.
– И зачем я принесла три чашки? Микеле сегодня не собирался меня навестить, – задумчиво бормотала женщина. – Ириску, милая?
Я приняла угощение от сеньоры Вентурини, с улыбкой рассматривая чашки. Чашка со сколотой ручкой, которую хранил Горацио, была именно из этого набора.
Вернулась в дом девичьих грез я вовремя. Посетители уже начинали расходиться, мой брат с мечтательной улыбкой сидел за нашим столиком, и растрепанные волосы у него блестели от масла. Ворот рубашки был порван, но Марко не выглядел огорченным.