− Многие пытались узнать что-то об этой больнице. Почему из всех правду решили открыть именно мне?
− Возможно, Вы единственная, кто способен понять?
− Почему?
Мужчина склонил голову и медленно пожал плечами.
− Я простой художник, сижу здесь часами и рисую портреты прохожих. Зачастую в обыденности таится гораздо больше правды, чем в звучащей речи. А правда − это то, что нужно людям в этом городе. Все по горло сыты ложью и тайнами, всем до чертиков опостылело врать. Многие потеряли в этой лечебнице своих близких. У меня там скончался отец. − Мужчина сложил в сумку карандаши и внимательно посмотрел прямо мне в глаза, − Мой вам совет, не ищите причин, просто делайте свою работу.
− Можно узнать ваше имя?
− Меня зовут Август, − мужчина наградил меня своей фирменной усмешкой, − хотя вряд ли это имя вам о чем-то сообщит. В отличие от тех, которые у вас уже есть, − он многозначительно посмотрел на свою сумку, в которой лежала моя готовая пятерка глав.
Я улыбнулась, покачивая головой:
− Сомневаюсь, что имена настоящие.
− Не проверите − не узнаете. − мужчина сложил свои пожитки и закинул на плечо чехол с треногой, − до встречи, мисс Френч. Я дам вам знать, когда нам нужно будет увидеться вновь.
Август кивнул на прощание и медленно, прихрамывая, пошел вглубь улицы. Некоторое время я сидела на краешке фонтана и рассматривала как красиво блестит водная гладь. Совсем недолго это действовало на меня несколько умиротворяюще, но вскоре все прошедшее за несколько недель навалилось на меня с новой силой. Соображалось с трудом. Последние дни казались каким-то дурацким сном. Звонка от Сидни все еще не было. Все предыдущие зацепки никуда не привели. Повторный осмотр руин ничего не дал. Деньги с невероятной скоростью заканчивались. Скоро мне будет абсолютно нечем платить за проживание.
Раздражение достигло своего пика, и я яростно ударила бьющую из форсунки струю. Вода безжалостно залила подаренный Августом рисунок.
− Твою…!
Блестящие капельки, словно настоящие слезы, скатывались по щекам улыбающейся зеленоглазой феи.
«Не проверите, не узнаете».
На меня словно с небес сошло озарение. Даже думать стало легче, хотя, скрывать не буду, недосып явно вносил свою лепту в мое мировосприятие. Я схватила телефон и быстро нашла в списке вызовов нужный номер:
− Сидни, здравствуйте. Возможно, у меня есть то, что поможет нам в этом деле.
Сыщик назначил мне встречу на следующий день. Я медленно пила свой кофе, ожидая его появления и изо всех сил пыталась скрыть своё нетерпение. Дело сдвинулось с мёртвой точки, но, казалось, вперёд неслись только я на пару со своими мыслями, а все вокруг двигались с раздражающей до боли в зубах медлительностью. Вот и Сидни с его чёртовой пунктуальностью! Ну неужели нельзя было прийти на пару минут раньше?
− Ее звали Оливия Белл. – сыщик медленно опустился в кресло напротив меня и подозвал официантку, чтобы сделать заказ, − по официальным источникам, она скончалась в возрасте 18 лет от остановки сердца. − Сидни протянул мне стопку фотографий, − она поступила в лечебницу с шизофренией, когда ей было 16. Стандартная история: ребенок из обеспеченной семьи − ее родители владели той самой компанией, которая производила эти блокноты − страдала от нехватки родительского внимания. Подсела на какие-то колеса, начала ловить галлюцинации. Родители потратили целое состояние на лечение от зависимости, но даже без таблеток проблема все усугублялась. Вскоре она совсем перестала отличать реальность от галлюцинаций за что и загремела в «Нотнерт».
Я внимательно рассматривала фотографии, задумчиво прикусив губу.
− Что-то не сходится… Я читала ее дневник. Эти записи с большой натяжкой можно назвать потоком сознания человека, глотавшего психотропы. Да и в принципе она с большой любовью отзывалась о семье. Мне не кажется, что ей чего-то не хватало…
Сидни пожал плечами:
− Это все, что мне удалось найти.
− А остались какие-то контакты родственников? Адреса?
− Нет. Родители скончались незадолго после Оливии − попали в автокатастрофу, но, если вам нужно поговорить с кем-то, кто знал девушку, вам поможет эта женщина. − Сыщик достал из кармана сложенный в несколько частей лист бумаги, − Это ее учительница. Живет в городке в штате Мэн. Зовут Рул Горм. Они с Оливией были очень близки.
Я кивнула и схватилась за лист, словно утопающий за буй.− Спасибо Сидни. Вы не могли бы пробить еще несколько имен?
− Конечно, если это…
− … не засекреченные данные, я помню. − я задумалась, тщательно перебирая в голове имена. Навряд ли можно проверить врачей. Имена пациентов, словно улетучились из моего головы. Почти все… Но одно я помнила, как Отче наш. − Мне нужно узнать была ли в лечебнице женщина, которую звали Реджина Миллс.
Сидни вбил имя в телефон и кивнул.
− Я сообщу вам, когда что-то отыщу.
− Спасибо, − я поднялась с места, но на миг застыла, пытаясь прикинуть остатки моих скудных средств − как долго добираться отсюда до… − я опустила глаза на листок с адресом, − до Сторибрука?
− Порядка 10 часов, если ехать без остановок.
− 10 часов… спасибо, − я подошла к суетящейся за другим столиком подруге и мягко коснулась её плеча: − Руби, не хочешь составить мне компанию?
========== ○ СТОРИБРУК ==========
− Из всех твоих дурных идей, эта была самая дурная… − Руби припарковалась у местной библиотеки и вышла из машины, разминая плотно обтянутые эко кожей ноги, затекшие после долгой езды. Открыв дверцу, я выбралась наружу и блаженно потянулась. Ветерок ласково обдувал мое изрядно вспотевшее после долгой дороги тело. В душ хотелось неимоверно.
Я взглянула на Руби:
− Я не представляю как тебе жарко.
Руби искоса на меня посмотрела и красноречиво промолчала.
− Прости, Руби, ты же знаешь, для меня это важно…
Подруга хмыкнула, облокачиваясь на капот:
− Сделай так, чтоб я не пожалела об этом.
− Да ты и так не жалеешь, − я улыбнулась одной из самых ободряющих улыбок в своем арсенале. Руби несколько секунд не отрывала от меня глаз, а потом вздохнула, признавая свое поражение в битве взглядов:
− Если ты все же что-то раскопаешь и из этого родится бестселлер, я просто требую, чтоб мое имя было в разделе благодарностей за невероятную силу воли и железную выдержку. Тебе хоть кто-нибудь говорил, что попутчик из тебя просто отвратительный?! Ты всю дорогу разговаривала со мной одними междометиями!
− Руби, ну извини меня, − я вздохнула, собирая волосы в пучок, − я так переживаю, что ни о чем другом думать не могу.
Руби вздохнула и, отвернувшись от меня, стала рассматривать город, в который нас занесло.
Это был типичный одноэтажный американский городок с населением не больше 20 тысяч человек. Маленький, тихий, спокойный − место из тех, которые западают в душу, оставляя после себя долгое ощущение безмятежности и уюта. Воздух, пропитанный йодом, действовал на меня успокаивающе; солнце, хотя и грело, не жгло кожу. Здесь было так хорошо.… Будто я, наконец, после долгих лет странствий, вернулась домой.