У меня снова запылали щеки:
— В свою защиту скажу, что задание само по себе было очень провокационным! Она же не рассчитывала, что я сделаю из нее диснеевскую принцессу, когда задавала мне написать историю о знакомых людях, сохранив их характеры?
— Думаю, она не рассчитывала, что из всех знакомых людей Вы выберете своих профессоров и так самоотверженно подойдете к делу, — Эмма усмехнулась.
Видимо, на моём лице отразилось отрицание потому как в следующий миг коридор заполнил звонкий смех профессора Свон. Вдруг дверь напротив открылась и Элла — секретарь декана — пригласила меня войти:
— Профессор Свон, Вы тоже можете присоединится.
— Благодарю, — Эмма улыбнулась, мягко подталкивая меня в кабинет.
Декан Миллс сидела за столом в своём черно-белом офисе и лишь одним взглядом успела отправить меня на эшафот, подвергнуть всем существующим древним пыткам, исключить из ВУЗа, убить, воскресить и убить еще раз, потому, что в её представлении предыдущая моя смерть была недостаточно мучительной.
— Здравствуйте, — я несмело посмотрела на неё, не зная куда себя деть.
— Это Вы накарябали? — она взглядом указала на лежащую перед ней рукопись.
Я неуверенно кивнула.
— Для автора этого опуса Вы слишком робкая. Присаживайтесь, чего стоите и мнётесь, как школьница? Или Вам нужно персональное приглашение?
Я упала в кресло напротив её стола и как могла мужественно выдержала острый, как бритва, взгляд. Позади нее стоял профессор Локсли и подбадривающие мне улыбался.
— Мисс Френч, признаюсь честно, моей первой реакцией было отчислить Вас и написать самую нелицеприятную характеристику из всех, когда–либо мной написанных… Но профессору Локсли удалось меня переубедить.
Я кивнула. Значит, всё-таки движемся по первому сценарию, а я уже размечталась, что меня издаст сама Миллс!
— Более того… Должна признать, что Вы меня удивили.
Я ошарашенно на неё уставилась. А когда её губы, обведенные сливовой помадой, приняли подобие улыбки, я чуть не упала в обморок.
— Если откинуть некоторые вопросы самовосприятия, Ваш результат весьма…сносен.
Сердце сделало сальто и застряло, где-то в горле. Позади неё Робин подал голос:
— Ваша работа сочетает в себе удивительный фьюжн детектива, триллера и драмы…
— Удивительный фьюжн… — протянула Реджина, даже не пытаясь скрыть сарказм. Робин мягко на неё посмотрел и любовно огладил её плечо. Она даже бровью на такую вольность не повела, хотя я ожидала от неё очередной вспышки.
— Я продолжу, декан Миллс?
— Да, конечно, профессор.
— Очень интересный выбор, поскольку, поправьте меня, если я ошибаюсь, Вы отдаете предпочтение классике?
— Да, но у меня была непростая дилемма. Поскольку набор персонажей у меня вышел достаточно разношерстный, мне показалось, что для их полного раскрытия мне нужно уйти во фьюжн. Классика не позволила бы мне выйти за определённые рамки.
— И Вы оказались правы. Вышел неплохой жанровый микс.
— Благодарю.
— Сюжету тоже нужно отдать должное. Долгое время мне казалось, что в нем не хватает основной мысли, цели, которая бы достигалась к концу. Вы вроде как описывали события ради того, чтобы описывать события… Но концовка всё расставила по своим местам.
— Персонажи вышли колоритными и очень близкими к оригиналу — Реджина подтянула к себе мою рукопись, и я с удивлением обнаружена, что по краю торчат закладки, — особенно хорошо вам удались мисс Свон и мисс Белфри. Правда, одну вы сделали лесбиянкой, а другую убили. Чем обусловлен такой выбор их судьбы?
Эмма прыснула и тут же подняла руки вверх, извиняясь, поскольку декан была готова одним взглядом отправить её в нокаут.
— Мне показалось, что мисс Свон у меня получилась несколько мужественнее оригинала. Я хотела подчеркнуть в ней женщину. Так появилась идея сделать их парой с мисс Миллс, поскольку моя Реджина крайне темпераментна, Эмма на её фоне выглядит более мягкой.
Реджина вновь недобро блеснула на меня глазами, я проглотила комок в горле и продолжила:
— Айви к финалу свою роль отыграла и мне нужна была кульминация. По-моему, вышло неплохо.
— Вы чудовищно с ней расправились, — Реджина кивнула, — меня Вы тоже не пожалели.
— Декан Миллс, по поводу моей Реджины…
— Я не хочу это обсуждать, — мисс Миллс поморщилась. — Давайте поговорим о Робине Локсли.
— Да? Что с ним?
— Выбор его любовного интереса вызывает у меня вопросы.
— Почему? Они идеально подходят друг другу! Реджина, как природная стихия, необузданная, но при этом она умеет любить глубоко и искренне, а Робин, наоборот, очень рассудительный и внимательный, но при этом чуткий. Идеальный баланс.
Профессор Локсли улыбнулся, бросая взгляд на декана. Реджина, кажется, была удовлетворена моим ответом.
— Единственное, что мне категорично не понравилось — это то, как Вы описали себя. Все Ваши персонажи получились объемными, а Вы сами — плоской, как морская камбала. Очевидно, Вы описывали не себя настоящую, а ту, какой бы хотели себя видеть. Вышло смазано. Над собой нужно поработать.
— Да, я понимаю, о чем вы. Подумаю, как исправить.
Повисла недолгая пауза. Декан задумчиво водила ногтем большого пальца по своим губам.
— Вот что, мисс Френч… Мне нужно, чтобы Вы за пару дней изменили имена персонажей и подкорректировали сотню моментов, которые я выделила красным в Вашей рукописи. Мне кажется, исправив их, Вы только выиграете.
— Хорошо, — я протянула руку за папкой.
— И я хочу Вас издать.
Моя протянутая рука с громким стуком встретилась со столешницей. В этот раз я не удержала челюсть. Реджина мягко надавила пальцем на мой подбородок, возвращая моему лицу исходное состояние.
— Мне действительно понравился Ваш роман. Должна признать, что восприняла несколько эмоционально некоторые Ваши решения касаемо персонажа, носящего моё имя, но это исключительно субъективный взгляд, который не должен влиять на профессиональное восприятие.
— Мне приятен Ваш эмоциональный отклик. — бровь Реджины медленно изогнулась вверх, — мне правда приятна Ваша реакция, декан Миллс. Это значит, что я справилась. Мне удалось наделить персонажа такими чертами, что даже не простой читатель, а Вы сами увидели в ней себя.
Реджина задохнулась от возмущения, Робин предупреждающе опустил руку ей на плечо, когда она начала приподниматься в кресле. Я опешила. Видимо, я сказала что-то не то.
— Я хочу прояснить один момент. Я, правда, не знаю, как Вы восприняли её… Я хотела показать, что, несмотря на всё, через что прошла моя героиня, у неё была невероятная сила духа и она оставалась внутри такой же красивой, как и снаружи. Мне было важно показать всю многогранность ее души, и Ваша неоднозначная реакция говорит о том, что я смогла это сделать. Мне приятно. Это лучшая похвала для меня. Я безумно благодарна Вам за всё.
Робин улыбнулся и показал мне «класс» у нее из-за спины. Реджина, казалось, смутилась.
— Спасибо, мисс Френч. Я рада, что мы всё выяснили.
— Касаемо постельных сцен… Стоит ли мне что-то изменить в них?
— Нет, мы обязательно попробуем повторить ту, которая в душе. Читалось взахлёб.