Он вынул сигареты и зажигалку из заднего кармана джинсов.
— Итак, почему Ноттинг-Хилл? — резко спросила я. В смысле все знают, что это место, где богатые люди играют в дочки-матери, а не охотничьи угодья для одиноких плейбоев. — Только не говори, что переехал для того, чтобы соблазнять нас, мамочек! — Я взяла терияки из цыпленка с подноса проходившего мимо официанта.
— Ну, — сказал Сай, пристально глядя на меня, — это было бы неплохо. Если бы только мне удалось привлечь их внимание.
Такое впечатление, что он прощупывает почву.
— У меня проблема с тем, чтобы влиться в общество. Кто мои соседи? С кем я должен познакомиться? С тобой? — Он зажег сигарету и аппетитно затянулся. Несколько американцев посмотрели на него с ужасом, демонстративно разгоняя воздух у себя перед носом, но он их проигнорировал.
Со мной не случалось ничего интересного с тех пор, как кто-то на улице остановил меня и спросил, я ли Мими Малоун, и когда я, покраснев, ответила утвердительно, женщина с удовлетворением сказала, что она так и думала. И что я удивительно похожа на Кона Малоуна из телевизора, только выгляжу старше. И он тааакой потрясающий. Она обвиняюще на меня посмотрела, не в силах простить, что я — не он.
Но теперь я чувствовала, что мой час настал. У каждого есть свой звездный час, и я умудрилась оторвать глаза от собеседника и оглядеться, чтобы оценить конкуренцию.
По меньшей мере три хищницы не могли дождаться, когда я отпущу Сая, чтобы вцепиться в него своими коготками. Клэр не отрывала от нас глаз-бусинок. Ему улыбалась Триш Додд-Ноубл. И наконец, Вирджиния, выглядевшая еще более прелестно, чем обычно, в шикарной обтягивающей юбке и блузке.
Она не сводила с нас глаз, болтая с Триш Додд-Ноубл, которая скорее всего рассказывала о Фрэнсисе и Мелиссе, чрезмерно одаренных отпрысках Додд-Ноублов (кажется, один из них или даже оба получили стипендию в Вестминстере).
— Моя персона не настолько значительна, — сказала я. — На самом деле знакомство со мной может губительно сказаться на репутации. На твоем месте я бы как можно скорее познакомилась с какой-нибудь респектабельной матроной, занимающейся благотворительностью.
Но он не ушел. К счастью, ушел Гидеон. Так что мы остались тет-а-тет, и я была намерена сохранять текущее положение дел как можно дольше. В какой-то момент мне даже пришлось сделать кое-что ужасное: когда Триш направилась было к нам, я остановила ее движением руки, прося не вмешиваться. Она злобно на меня посмотрела, но мне было плевать.
Я сделала это потому, что Сай как раз рассказывал мне на полном серьезе о своем разводе, так, что мне хотелось броситься ему на шею («ничто не может подготовить тебя к боли осознания, что чему-то пришел конец и надо двигаться дальше»). Он говорил, что Примула хотела остаться на Итон-сквер («В конце концов, это ее дом. Это меньшее, что я мог для нее сделать»).
В ответ на мой вопрос о Ноттинг-Хилле он рассказал, как в юности у него была здесь квартира и как он с тех пор мечтал жить в саду («к тому же у меня здесь бизнес»). Он не придавал большого значения тому, что богаче всех присутствующих, вместе взятых. И ему жаль, что у него нет детей. Убийственное сочетание.
Я рассказала, что наполовину ирландка, и подтвердила, что занимаюсь журналистикой. Но умолчала, что замужем, что у меня нет денег, а есть трое детей и дворняжка.
Во время разговора взгляд Сая перемещался от моих глаз к губам. Я заметила, что он периодически поглядывает на мою грудь, которую я облачила в бюстгальтер с поддерживающим эффектом. Подобный взгляд любого другого человека я сочла бы оскорбительным. Но не Сая. Я никогда раньше не чувствовала такой настоятельной потребности в присутствии мужчины. Как будто бы мы находились в поле взаимного притяжения.
— Что значит Сай?
— Селим Ирман, — ответил он. — Я вырос в Штатах. Там у всех есть прозвище. Меня прозвали Сай.
Я не смогла удержаться от вопроса о его образовании, объяснив, что это чисто английская черта. Он сказал: «Эндовер, Йель, затем Гарвард». Я так поняла, он имел в виду бизнес-школу. На вопрос о возрасте он ответил «около сорока восьми», выпуская дым изо рта. Я почувствовала себя юной и ветреной, мне ведь только тридцать семь с половиной. Я спросила, закончил ли он отделку дома.
Сай сказал, что все почти готово, у него прекрасная команда, но ему просто необходимо, чтобы кто-то занялся окнами. Я спросила, не хочет ли он, чтобы окна были отделаны в соответствии с правилами фэн-шуя, и он сказал: «Что-то вроде этого». Мне пришло в голову, что Сай ищет предлог, чтобы еще раз со мной увидеться. Я покрылась мурашками.