— Я с ним разберусь! — резко сказал я, направляясь к двери.
— Нет! — Селин догнала меня и встала у двери, преграждая путь. — Прошу тебя, Арман. Не надо. Он остынет. Просто он был зол… Я знаю, он пожалеет об этом.
— Никому не позволю поднимать на тебя руку, — твёрдо ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Отойди, или я заставлю тебя.
— Пожалуйста… — её взгляд был умоляющим, и, черт возьми, я поддался. Гнев пульсировал в висках, но я понимал, что должен действовать сдержанно.
— Хорошо. Я просто поговорю с ним, — сказал я, делая шаг назад. — Никаких драк.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Её напряжённые плечи немного расслабились, и она отступила в сторону, освобождая мне путь. Я вышел, не оглядываясь, а по пути достал телефон и набрал номер Гюстава. Он ответил почти сразу.
— Старина, ты вспомнил обо мне! — его голос был, как обычно, лёгким и беспечным.
— Где ты? — спросил я, стараясь говорить ровно.
— Сейчас на работе. А что случилось?
— У тебя есть минутка?
— Конечно. Это что-то срочное?
— Жду тебя в японском ресторане «Зал сакуры», — отрезал я, не давая ему времени на вопросы, и тут же завершил звонок.
Выйдя из офиса, я направился к своей машине. Забыв про куртку, я сел за руль и помчался к ресторану, чувствуя, как злость внутри только нарастает.
— Бонжур, друг, — приветствовал меня Гюстав, пожимая руку, когда сел напротив.
Я холодно взглянул на него, но всё же ответил на рукопожатие.
— Бонжур, Гюстав, — заставил себя улыбнуться, хотя лицо, вероятно, выдавало напряжение.
— Слушай, ты меня заинтриговал. Что за срочность?
— Сначала закажем, — отрезал я, открывая меню.
Гюстав пожал плечами и принялся изучать список блюд.
— Я не большой фанат японской кухни, но их рис мне нравится, — сказал он, бегло просматривая меню.
— Тогда закажем рис, — сухо ответил я, не поднимая глаз.
Я жестом подозвал официанта и заказал два порции риса и зелёного чая. Гюстав отложил меню и посмотрел на меня, скрестив руки на груди.
— Ну, выкладывай, Арман. О чём хотел поговорить?
Я несколько секунд молчал, стараясь взять себя в руки.
— О Селин, — спокойно начал я, но внимательно следил за его реакцией.
Его брови едва заметно поднялись, но он быстро вернул невозмутимый вид.
— А что с Селин? Ты что-то узнал? — спросил Гюстав, подняв на меня слегка удивлённый взгляд.
— Да, узнал, — твёрдо ответил я. — Узнал, что ты поднимаешь на неё руку.
Гюстав усмехнулся, покачал головой и отвёл взгляд.
— И это всё? Ты позвал меня сюда, чтобы обсуждать мою жену?
— Не уходи от ответа, — перебил я, стараясь не повысить голос. — Ты бил её?
— Это она тебе сказала?
— Я спросил: ты бил её? — повторил я, уже не скрывая раздражения.
Гюстав откинулся на спинку стула, его взгляд стал жёстким и холодным.
— Селин — моя жена, Арман. У нас бывают проблемы, как и у всех. Но это наше личное дело. И я не понимаю, с какого черта ты вмешиваешься.
— Я вмешиваюсь, потому что ты перешёл черту, — отрезал я, чувствуя, как внутри всё закипает. — Поднимать руку на женщину? Ты совсем с ума сошёл?
— Не тебе меня учить, — Гюстав скрестил руки на груди. — Селин моя жена, и я решаю, что правильно, а что нет.
— Нет, Гюстав, — я подался вперёд, глядя ему прямо в глаза. — Ты не решаешь, что нормально, когда дело касается насилия. Она работает у меня, и я не собираюсь закрывать глаза на то, что кто-то причиняет ей боль.
— Работает у тебя? — Гюстав усмехнулся с сарказмом. — И что теперь, ты её защитник? Или что-то большее?
Его слова только подлили масла в огонь, но я сдержался, зная, что сцены здесь не место.
— Я её начальник. И как начальник, я не потерплю, чтобы кто-либо поднимал на неё руку. Понял?
Наступила напряжённая тишина. Гюстав прищурился, его лицо напряглось.
— Ты слишком много себе позволяешь, — его голос стал низким и угрожающим. — Я тебе друг, Арман, но это не даёт тебе права лезть в мою семью.
— Я лезу, потому что ты не оставил мне выбора, — твёрдо сказал я.
Гюстав наклонился вперёд, его лицо потемнело.
— Ты обвиняешь меня?
— Я просто говорю: лучше прекрати это сейчас же. Потому что если я узнаю, что ты снова причинил ей боль, я сделаю всё, чтобы это остановить.
Его глаза сверкнули гневом, но он медленно выпрямился, сдерживая себя.
— Ты, видимо, забыл, с кем говоришь, — тихо произнёс он. — Селин — моя жена, и я знаю, как с ней обращаться.
— Не как с врагом, — отрезал я.
Наступила напряжённая пауза. Официант принёс наш заказ, но никто из нас даже не притронулся к еде.