— Мадемуазель, прошу вас, выйдите, — вмешался врач, раздражённо бросив на меня взгляд. — Я не могу работать, пока вы отвлекаете его.
Я замерла, но не могла заставить себя уйти. Слёзы жгли глаза, и от беспомощности я прижала руки к груди.
Я хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Всё, что я могла сделать — это смотреть на него, лежащего в крови, израненного, и беспомощно сжимать кулаки.
— Селин, — тихо позвал он снова, но голос звучал слабо, почти умоляюще. — Послушай врача… Просто выйди.
— Нет, — выдохнула я, покачав головой. — Я не уйду. Ты думаешь, я могу просто оставить тебя в таком состоянии?
Доктор раздражённо вздохнул, бросив на меня короткий взгляд.
— Мадмуазель, если вы не успокоитесь, я вызову охрану, — предупредил он.
Я понимала, что мешаю. Но что-то внутри меня рвалось наружу: страх, злость, отчаяние.
— Кто это сделал, Арман? — повторила я, игнорируя врача. — Скажи мне правду.
Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.
— Это не имеет значения, Селин. Не ищи причин, не лезь туда… — он оборвал себя, болезненно закашлявшись.
— Как это «не лезь»? — я почти закричала. — Ты хочешь, чтобы я просто стояла в стороне, пока тебя убивают?
— Селин, остановись, — вдруг резко произнёс он, открыв глаза. Его взгляд был ледяным, полным усталости и боли. — Ты только усугубишь всё.
— Арман, тебе нужно в больницу, — настойчиво сказала я, стараясь звучать спокойно, хотя внутри всё кипело.
— Нет! — рявкнул он, его голос прозвучал хрипло, но твёрдо. — Я не хочу иметь дела с полицией. Я сам разберусь. Иди, Селин. Не лезь!
Его резкие слова заставили меня замолчать. Он отвернулся, как будто не хотел видеть моё лицо.
Доктор, видимо, понял, что спор бесполезен, и молча продолжил обработку ран.
— Я разберусь, — прошептал Арман, так тихо, что я едва расслышала. — Обещаю, я разберусь.
Его упрямство, эта ложная уверенность — всё это только сильнее подтверждало мои подозрения. Сегодня он соврал мне. Я знала, что он в беде из-за меня. Это всё Гюстав. Он выплёскивает свою злость на Армана, и я не могла оставаться в стороне.
Я видела, как Арман избегает моего взгляда, как ему неудобно передо мной в таком состоянии. Осознавая, что моё присутствие только обостряет ситуацию, я заставила себя выйти.
Зайдя на кухню, я присела за стол и обхватила голову руками.
Слёзы катились по моим щекам, и я уже не пыталась их сдерживать. Мысли путались, а боль и тревога разрывали меня изнутри.
Если с Арманом что-то случится… Я не переживу.
Всё кипело от ярости и бессилия. Гюстав. Его лицо стояло перед моими глазами, и злость накрывала с новой силой. Я знала, что он способен на многое, но видеть Армана изувеченным… Это было слишком.
Он перешёл все границы. Любовь? Это нельзя назвать любовью, если ради неё он причиняет боль другим.
Я встала и начала ходить по кухне, нервно сжимая руки. Время тянулось мучительно медленно. Казалось, прошло уже больше часа, хотя едва истекли тридцать минут.
Мои шаги становились всё быстрее. Мысли, как вихрь, сбивались в хаотичную бурю: Гюстав, Арман, страх, беспомощность. Я не могла просто сидеть и ждать. А что если это повторится? Что если в следующий раз я не успею?
Внезапно что-то яркое блеснуло в окно. Луч света ударил в лицо. Моё сердце сжалось, и я инстинктивно отступила на шаг. Но вместо страха я ощутила тревожное предчувствие. Я подошла к окну и увидела машину.
Я узнала её. Это была машина Гюстава.
Боже…
Он здесь.
Охранник остался с Арманом, а значит, на улице никого нет.
Не раздумывая, я выскочила из кухни, накинула на себя куртку Армана, которая висела на стуле в холле, и осторожно вышла на улицу.
Воздух был холодным, а землю покрывал тонкий слой льда. Я шагала быстро, но ноги предательски скользили, и я чуть не упала. Однако я не могла позволить себе остановиться.
Моя решимость взяла верх над страхом. Холодный воздух ударил в лицо, но я его не чувствовала. Фары машины Гюстава резали тьму, и я ускорила шаг. Куртка Армана едва грела, но это не имело значения. Я знала, что должна действовать сейчас или никогда.
Гюстав стоял у машины, его силуэт едва различался в свете фар. Он облокотился на капот, спокойный, как всегда. Казалось, он знал, что я выйду.
— Решила поговорить? — спросил он, заметив меня. Его голос был всё таким же самоуверенным, как всегда.
Я остановилась в нескольких метрах от него. Внутри меня кипела ярость, глухой гул адреналина заполнял грудь. Я почувствовала, как пальцы рук сжались в кулаки.