Селин смотрела на меня с лёгкой улыбкой, её слова эхом раздавались в моей голове, пробуждая во мне ещё больше желания. Я почувствовал, как моё дыхание стало чаще, а сердце начало биться быстрее. — Ч-и-т-а-й- на- К-н-и-г-о-е-д-.-н-е-т-
Я наклонился к ней ближе, обвивая её талию руками, и поднял её, усаживая на край кухонного стола. Она мягко вздохнула, обвив мои бёдра ногами, притягивая меня ближе.
— Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу, — сказал я, наклоняясь к её шее и оставляя на ней горячие поцелуи.
— Тогда не заставляй меня ждать, — ответила она, её голос был низким, почти шёпотом, но в нём звучало столько желания, что я больше не мог сдерживаться.
Я провёл рукой вдоль её бедра, чувствуя мягкость ткани, которая скрывала её тело, но не могла остановить этот жар.
Селин с лёгким стоном прижалась ко мне, её руки крепко обвили мою шею, а пальцы запутались в моих волосах. Я ощущал, как она полностью отдаётся мне, и это было самым важным.
Она расстегнула ширинку моих брюк, после чего раздвинула свои ноги шире.
Я почувствовал, как её пальцы скользнули вниз, освобождая мой член, и её прикосновение заставило меня вздрогнуть. Её дыхание стало горячим и прерывистым, а её губы нашли мои, сливаясь в страстном поцелуе. Я медленно провёл рукой под её юбкой, ощущая гладкость её кожи, и услышал её тихий стон, когда мои пальцы коснулись её самого прекрасного, и чувствительного места.
— Не тяни, — прошептала она, её голос дрожал от нетерпения.
Я не стал медлить. Подняв её бедро, я вошёл в неё, и она вскрикнула, прижимаясь ко мне ещё сильнее. Наши тела двигались в унисон, каждый толчок усиливал наше желание. Её ноги обвили мою талию, а её руки впились в мои плечи, словно она боялась отпустить.
— Ты… ты чувствуешь это? — прошептала она, её голос был едва слышен, но в нём звучала вся её страсть.
Я не ответил, просто прижал её к себе ещё крепче, чувствуя, как наше единство становится всё глубже, всё сильнее. Её тело дрожало под моими прикосновениями, и я знал, что мы оба уже на грани.
Наши движения стали быстрее, более отчаянными, каждый толчок приближал нас к кульминации. Её стоны смешивались с моим дыханием. Я чувствовал, как её тело напрягается, как волны удовольствия накрывают её, и это лишь усиливало моё желание. Её ногти впились в мою спину, оставляя следы, но я не обращал на это внимания, полностью поглощённый моментом.
— Я не могу больше… — её голос сорвался, и она замерла, её тело содрогнулось в экстазе. Я почувствовал, как её внутренности сжали меня, и это стало последней каплей. С последним усилием я погрузился в неё глубже, и волна наслаждения накрыла меня, вырывая из груди глухой стон.
Мы оставались в объятиях, наши тела всё ещё дрожали, а дыхание постепенно выравнивалось. Её руки мягко скользнули по моей спине, а губы коснулись моего плеча в нежном поцелуе.
— Это было… невероятно, — прошептала она, её голос был тихим, но полным удовлетворения. Я лишь кивнул, прижимая её к себе, чувствуя, как наши сердца бьются в унисон.
Глава 48. Месть
Арман
Спустя неделю я немного пришёл в себя. Рана затягивалась, силы постепенно возвращались. Я снова вышел на работу вместе с Селин. Со стороны Гюстава пока что было тихо. Я не сидел сложа руки, восстанавливая то, что потерял из-за этого подонка, устроившего пожар. Селин тоже была в деле и всеми силами старалась мне помочь.
Вечером я отправился в бар «Тёмная луна» — то самое место, где, как я был уверен, можно найти дружков тех, кто на меня напал. Я припарковал машину и осмотрелся, выискивая знакомый внедорожник, который однажды преградил мне путь. Надвинув капюшон, чтобы не выделяться среди завсегдатаев бара, я вышел из машины и сунул руки в карманы. Мой взгляд блуждал по парковке, пока, наконец, не нашёл то, что искал.
Та самая машина.
На моём лице мелькнула усмешка.
Глупые наркоманы. Они, видимо, думали, что я их не найду.
Я похлопал по капоту внедорожника, словно проверяя его прочность, и оглянулся. На парковке никого не было — лишь тусклый свет фонаря освещал стоянку.
Я бросил последний взгляд на внедорожник, и направился к входу в бар. Тусклая вывеска «Темная луна» качалась на цепях под слабым порывом ветра. Я натянул капюшон поглубже, так чтобы тени скрыли половину лица, и толкнул скрипучую дверь.
Внутри пахло табаком, разлитым пивом и дешёвым одеколоном. Тусклый свет ламп едва освещал помещение, в котором царил шум голосов, смех и грохот стаканов о стойку. Глаза быстро пробежались по залу, выискивая знакомые лица.