В этот момент в коридоре послышались шаги, глухие и размеренные. Моя грудь сжалась, и я едва могла дышать.
«Арман, пожалуйста, будь осторожен,» — мысленно взмолилась я, надеясь, что он найдёт способ обхитрить Гюстава, прежде чем станет слишком поздно.
Внезапно дверь гостиной распахнулась, и на пороге появился Арман. Его лицо было напряжённым, а глаза пылали яростью. Казалось, он готов был вступить в бой прямо сейчас, несмотря на явную опасность.
— Ну что, герой, ты как раз вовремя, — усмехнулся Гюстав с ядовитой улыбкой, его пальцы сильнее сжали пистолет, направленный на мой висок.
Арман медленно шагнул вперёд, его движения были размеренными, но в каждом из них ощущалась внутренняя сила.
— Ты перешёл все границы, Гюстав! — произнёс он твёрдо. — Хватит использовать женщин как своё оружие.
Гюстав рассмеялся, коротко и резко, как будто слова Армана только раззадорили его.
— Стой там, где стоишь, или я выстрелю в неё! — выкрикнул он, его голос дрожал, но пистолет был по-прежнему нацелен на меня.
Я почувствовала, как холодный металл прижался к коже, и сердце замерло в ожидании.
— Ты этим только себе навредишь, — спокойно ответил Арман, остановившись на безопасном расстоянии. Его взгляд не отрывался от Гюстава. — Отпусти её и разберись со мной, как мужчина.
— Как мужчина? — повторил Гюстав с насмешкой, его глаза блеснули. — Ты смеёшь меня учить, как вести себя? Ты же украл у меня жену, а теперь пытаешься строить из себя героя!
Арман выпрямился, его голос стал жёстче.
— Ты сам разрушил всё, Гюстав. Ты превратил Селин в свою пленницу, ты издевался над ней. Это не имеет ничего общего с любовью.
Слова Армана, казалось, задели Гюстава за живое. Его рука дрогнула, пистолет слегка качнулся в сторону, но он тут же вернул его в исходное положение.
— Не смей говорить мне о любви! — рявкнул он. — Ты не имеешь права!
— И всё же я здесь, — сказал Арман, медленно делая ещё один шаг вперёд. — Ты боишься потерять контроль, Гюстав. И поэтому ты прячешься за оружием.
Гюстав молчал, его грудь тяжело вздымалась, будто он боролся с собственными эмоциями. Я почувствовала, как его рука стала менее твёрдой, но пистолет всё ещё был слишком близко.
— Ты всегда всё разрушал, Гюстав, — продолжил Арман, не давая ему шанса прервать. — Ты потерял её из-за своей злости, своей гордыни. И сейчас ты стоишь здесь, угрожая её жизни, потому что не можешь признать, что всё кончено.
— Замолчи! — выкрикнул Гюстав, но в его голосе была неуверенность.
Я почувствовала, как его хватка немного ослабла, и это дало мне надежду. Гюстав выглядел так, будто боролся не только с Арманом, но и с самим собой.
— Ты можешь остановиться, — тихо сказала я, решив рискнуть. — Просто отпусти всё. Это не вернёт тебе ни меня, ни того, что ты потерял.
Гюстав замер, его пальцы слегка дрогнули.
— Арман, ты думаешь, я боюсь тебя? — он медленно наклонился ко мне, словно демонстрируя свою власть. — Ты ничто без неё. Если я лишу тебя Селин, у тебя не останется ничего.
— Ты ничего не сделаешь, Гюстав, — ответил Арман, — Потому что это конец для тебя.
Гюстав фыркнул, но его пальцы сжались на спусковом крючке, и я почувствовала, как дыхание перехватило.
— Не подходи ближе, иначе я спущу курок, — прошипел он, и в этот момент Брижит вмешалась.
— Гюстав, остановись! — закричала она, шагнув к нему. — Ты же обещал, что не тронешь Армана!
— Замолчи, Брижит! — рявкнул он, не поворачиваясь к ней. — Ты мне больше не нужна.
— Гюстав, я знаю, ты под давлением наркотиков, — начал Арман, его голос был мягким, но уверенным, — Тебе нужно лечиться. Ты не был таким раньше. Я уверен, ты бы никогда не поступил так, если бы был в своём уме.
— Хватит читать мне морали! — выкрикнул Гюстав, ещё сильнее прижимая холодный металл к моему виску. Я не могла сдержать слёз. Сердце колотилось в груди, и страх за Армана разрывал меня изнутри. Если он пострадает из-за меня, я себе этого никогда не прощу.
Мой взгляд скользнул к Брижит. Она стояла чуть поодаль, её глаза были наполнены страхом, но в них читалась какая-то странная смесь печали и обиды. Я мысленно умоляла её что-нибудь сделать, хотя бы попытаться помочь.
— Я знаю тебя давно, — продолжал Арман, медленно делая шаг вперёд. — Гюстав, если ты её отпустишь и оставишь нас в покое, я обещаю забыть обо всём. Мы больше никогда не пересечёмся.
Я сжала ткань своей одежды, пытаясь остановить дрожь в руках, и решилась заговорить, несмотря на страх.