Я почувствовала, как по спине пробежал холод.
— Вы угрожаете мне? — прошептала я, едва веря своим ушам.
— Нет, я тебя предупреждаю, — резко ответил он. — Ты уже переходишь границы, а я этого не потерплю.
Моя голова пошла кругом от его слов.
— Вы… вы несправедливы ко мне, сэр. Вы целовались у меня на глазах с этой… с этой… — мой голос дрожал, и я еле сдерживалась, чтобы не сорваться.
— А тебе какое дело, Селин? — его голос стал резче, а взгляд — пронзительнее. — Мы с тобой сегодня нормально поговорили. Какого чёрта надо было устраивать этот спектакль?! — он со стуком ударил рукой по столу. Я вздрогнула, чувствуя, как сердце заколотилось от неожиданности. — Я не потерплю такого поведения! С кем я целуюсь и с кем провожу своё время — тебя это не касается!
Он сверлил меня взглядом, и я видела в его глазах настоящую ярость. Его голос, холодный и резкий, звучал, как раскаты грома.
— Ты думаешь, что имеешь право вмешиваться в мою личную жизнь только потому, что тебе это не нравится? — он наклонился ближе, а его лицо стало напряжённым и серьёзным. — Или ты злишься на меня за то, что я целую её, а не тебя?
Его прямое обвинение ударило, как пощёчина. Я отвела взгляд, не в силах выдержать его пристального взгляда. Слёзы предательски наполнили глаза, но я изо всех сил старалась их сдержать.
— Никогда, — произнёс он твёрдо, не дождавшись ответа. Его слова прозвучали, как приговор. — Этого не случится. И не надейся, Селин. Ты должна держаться от меня подальше. Раз и навсегда. Ты замужем. Не изменяй мужу. Я презираю таких, понимаешь?
Его слова словно ножом пронзили моё сердце. Я почувствовала, как слёзы начали течь по щекам. Моя грудь сдавило болью, и я не смогла больше сдерживаться.
Я закрыла лицо руками, чувствуя, как горькие слёзы текут по щекам. Его слова били больно, словно нож в самое сердце. Я не могла остановить рыдания, а внутри всё переворачивалось от унижения и стыда.
Арман, казалось, немного остыл, но его взгляд оставался холодным. Он откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди, и смотрел на меня так, словно ждал объяснений.
Я попыталась заговорить, но вместо слов снова вырвался всхлип. Наконец, я собрала силы и шепотом произнесла:
— Я… я не хотела, чтобы это зашло так далеко.
Он нахмурился, ожидая продолжения.
— Я просто… я не могла больше видеть, как она… как она так близка с вами, — голос дрожал, но я не могла остановиться. — Я… я не знаю, что со мной. Простите меня.
Арман нахмурился ещё сильнее, его глаза на мгновение вспыхнули гневом.
— Не знаешь? — его голос стал ледяным. — Ты разрушила рабочую обстановку, поставила под удар меня, Эмму и, возможно, саму компанию. Всё из-за своих… личных чувств?
— Я не хотела… — снова начала я, но он перебил меня:
— Ты не думала! — отрезал он. — А сейчас ты сидишь здесь, плачешь и ждёшь, что я тебя пожалею?
Я молча опустила голову, чувствуя, как слова словно прожигают меня насквозь.
— Селин, я скажу тебе так, чтобы ты больше не питала никаких иллюзий, — продолжил он, каждый его слог звучал словно приговор. — У нас с тобой никогда ничего не будет. Ты для меня просто сотрудница, больше никто. И если ты не можешь с этим смириться, я буду вынужден…
Он сделал паузу, как будто обдумывая свои следующие слова.
— … уволить тебя.
Мир рухнул под ногами. Я почувствовала, как меня обдала волна отчаяния.
Я кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова.
— Уходи, — коротко бросил он, отводя взгляд.
Я поднялась, дрожащими ногами направляясь к двери. В последний момент я остановилась и, не поворачиваясь к нему, сказала:
— Простите меня.
Ответа не было. Я вышла из кабинета, закрыв за собой дверь, и облокотилась о стену, пытаясь успокоиться. Но вместо этого я лишь осознала, насколько глубоко загнала себя в этот тупик.
Глава 12. Ужин
Арман
Чертова Селин!
Что у неё в голове?
Что мать твою она творит!
Я поцеловал Эмму, чтобы показать ей — между нами ничего быть не может. Это был жест, игра, глупая попытка доказать что-то больше себе, чем ей. И теперь это обернулось против меня.
Конечно, Селин сразу побежала всё рассказать Брижит. Как? Почему? Как они вообще успели сдружиться? И почему меня это вообще волнует?
Этот поцелуй был пустым. Просто способом закрыть одну дверь, чтобы не думать о другой. Но вместо этого я распахнул целую чертову лавину проблем. Теперь, наверное, весь офис обсуждает, какой я бабник, и выдумывает истории, будто я переспал с половиной женщин, которых знаю.