Её губы дрогнули, она едва удерживалась от того, чтобы снова разрыдаться.
— Я не знаю, как жить с этим… — прошептала она.
— Найди способ, — сказал я уже более спокойно, но всё ещё твёрдо. — И начни с того, чтобы уйти отсюда. Сейчас же.
Селин стояла, не в силах поверить в мои слова. Ее глаза были полны слез, а плечи дрожали от напряжения.
— Так вы увольняете меня? — прошептала она, её голос едва слышен.
Я глубоко вздохнул, пытаясь совладать с собой. На одну сторону была её боль, на другую — мой друг. Как я мог объяснить это Гюставу? Смотрел ли бы я ему в глаза после этого? Я всегда был уважаемым, честным человеком, но эта девушка лишала меня всего. И дело не только в её внешности — её поведение разрушало мои принципы.
Я чувствовал себя полным идиотом.
— Хорошо, — наконец произнес я, не зная, что ещё сказать. — Я дам тебе шанс ради моего друга. Но если это повторится, ты будешь уволена немедленно.
Я был вынужден согласиться, не зная, как буду объяснять происходящее. От мысли, что я мог потерять доверие к себе, становилось ещё хуже.
Селин кивнула, её шаги стали медленными и тянущими, когда она направилась к двери. Я не мог не заметить, как её фигура, идеально подчеркнутая строгой юбкой, сводит меня с ума. Она была, без сомнений, прекрасна, но это чувство только усугубляло мою внутреннюю борьбу.
Чёрт побери!
Я резко отвернулся, чтобы не смотреть на неё. Она была чужой женщиной, женой моего друга. Возможно, Гюстав наслаждается её фигурой, и каждый день она в его объятиях. От одной этой мысли внутри всё сжимается. Я начал испытывать к ней ревность, и эта мысль заставляла меня чувствовать себя ещё более слабым и уязвимым.
Глава 17. Ревность
Селин
Я лежала у себя в комнате, уставившись в потолок, в голове крутились его слова. Жестокие, режущие, словно лезвие. Каждое из них эхом отзывалось в сердце. Арман был груб, даже жесток. Но в глубине души я понимала — он пытается оградить нас обоих от катастрофы.
Его взгляд преследовал меня. Этот холод, смешанный с едва сдерживаемой яростью. Я видела, как он борется с собой, и знала, что причиняю ему боль. Он дал мне понять, что между нами ничего не может быть.
Ничего.
Но как мне теперь смотреть на него? Как находиться рядом? Как не выдавать своих чувств?
Я закрыла глаза, чувствуя, как слезы наворачиваются вновь. Я не могла позволить себе показать слабость перед Гюставом. Он бы что-то заподозрил. А если бы узнал о моих чувствах к Арману… Мне даже страшно было представить последствия.
Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Увольнение означало бы не только потерю работы, но и разрушение моего брака. Гюстав сразу бы понял, что что-то не так. Он знает меня слишком хорошо, чтобы не заметить.
Но Арман прав. Нужно держать дистанцию. Мне придется научиться подавлять свои эмоции.
«Это будет очень сложно», — подумала я, сжимая простыню в кулаках.
И все же я знала: ради сохранения видимости нормальной жизни, ради Гюстава и своего спокойствия, я должна постараться. Даже если это разобьет меня на тысячи осколков.
Гюстав задерживался на работе, и на звонки он не отвечал. Раньше, я бы устроила истерику, скандал, а сейчас, меня это не волновала. Для меня сейчас главное было побороть чувства к Арману. Он заселился в глубоко в сердце.
Я взяла телефон и открыла чат с Арманом. Пальцы замерли над экраном. Сердце забилось сильнее, а дыхание стало прерывистым.
Я нажала на его профиль. Его фотография высветилась на весь экран. Арман смотрел прямо в камеру, серьезный, сосредоточенный. Его строгий взгляд, сжатые губы, линия челюсти — всё это снова заставило меня вспомнить о нашей последней встрече.
Я провела пальцем по экрану, будто могла коснуться его лица. В этом мужчине было что-то притягательное, что невозможно игнорировать. Его сила, его холодная сдержанность, его способность держать всё под контролем.
Но что скрывается за этой маской? Разве он действительно такой бесчувственный, каким хочет казаться?
Я знала ответ. Я видела его взгляд, полных борьбы и желания. Он чувствовал то же, что и я. Только он был сильнее. Он умел сдерживаться.
Мои глаза наполнились слезами. «Почему ты?» — подумала я, глядя на его изображение. — «Почему ты ворвался в мою жизнь именно сейчас, когда всё и так непросто?»
Телефон задрожал в руке, и я поспешно закрыла его профиль, будто боялась, что кто-то войдет и увидит меня за этим занятием. Я бросила телефон на подушку и отвернулась.
Но даже отвернувшись, я всё равно видела его лицо. Этот взгляд. И понимала, что борьба с самой собой только началась.