*****
Пока Адам отправился добывать кофе, Цири без труда нашла кабинет 404. Пронумерованные офисы тянулись вдоль стен, огражденные от общего пространства дверьми с матированными стеклами.
Увидев дверь с надписью «Фрэнсис Притчард, CTO», Цири несколько раз постучала. Когда ей никто не ответил, она пожала плечами и мягко толкнула дверь. Первым, что она увидела, была гора хлама: поверхность стола была завалена приборами, свитками распечаток на желтой бумаге и пустыми чашками на постаменте из коричневых разводов.
За этим хламом скрывалась ссутуленная фигура, уставившаяся на монитор и не удосужившаяся даже поднять на нее глаза. Длинные черные волосы сидящего за столом мужчины были стянуты на затылке в хвост, кожа туго обтягивала скулы, отчего и без того резкие черты лица казались еще острее.
Во рту болталась незажженная сигарета, а за правым ухом торчал длинный проводок. Он чем-то напоминал Ламберта, если того на пару месяцев запереть в подвале без меча и еды.
— Какая часть написанного, — выдохнул мужчина, — крупными красными буквами на моей двери ускользнула от твоего понимания — «не» или «беспокоить», мой дорогой слабоумный колл…
И характер у него как у Ламберта, которого на пару месяцев заперли без меча и еды. Стоило ему развернуться в кресле и взглянуть на нее, как его тонкие губы растянулись в ехидной улыбке.
— Цирилла! Какие гости! — он поднялся из-за стола и протянул ей сухую мозолистую ладонь. — Фрэнсис Притчард. Си-ти-о.
Тон не оставлял сомнений, что «си-ти-о» — главный человек во всей башне, не исключая Шарифа. Что-то в глазах, испещренных морщинками в уголках, Цири понравилось.
— Цири. Адам сказал, что ты мне поможешь.
Не будучи уверенной, в чем именно, она оставила формулировку расплывчатой. Интересно, а зачем он затащил в свой кабинет двухколесную машину?
— Ну раз Адам сказал, то конечно! — осклабился Притчард, расправив сутулые плечи. — Все, что ты пожелаешь.
Ехидная улыбка слезла с его лица, как со змеи вторая кожа, когда он взглянул на открывающуюся дверь.
— «Все, что ты пожелаешь», — раздался позади Цири знакомый хриплый голос, — ни черта ж себе, Притчард, а что случилось с «повиси на линии три часа и может быть, если тебе повезет, я сниму трубку?»
Цири обернулась от удивления: Адам говорил распространенными предложениями, что с ним случалось не часто.
— Я сказал, — сделал выразительную паузу Притчард, — все, что ТЫ пожелаешь. Это персонализированная оферта, Дженсен, а значит по определению распространяется не на всех. В первую очередь — не на тебя.
Адам водрузил на груду бумаг свой компьютер, чем, судя по лицу Притчарда, нарушил его тщательно выстроенный хаос на рабочем столе.
— Мне до конца рабочего дня нужно написать отчет, — нарочито уставшим голосом ответил Адам. — А после твоего апдейта началось восстание машин. Уже полчаса на экране загрузки.
Он повернул экран к Притчарду, и тот пару мгновений смотрел на него, как на дохлую мышь.
— Меньше по сомнительным сайтам лазать надо, Дженсен. Знаю я твою любовь к «молоденькую-блондинку-спасает-доблестный-коп». А кому приходится разгребать последствия этой любви? Правильно.
Притчард уставился на Цири так внимательно, что она поправила верхние пуговицы на жакете. Адам взглянул на Притчарда и провел матовым черным пальцем по горлу.
Довольно пугающий жест в его исполнении.
— Оставь компьютер и изыди вон из моего кабинета, — вздохнул Притчард.
Адам кивнул и резко, по-армейски развернулся, аккуратно прикрыв за собой дверь. Притчард прокомментировал уход театральным вздохом облегчения.
— Знаешь, Цирилла, в чем настоящая трагедия? — откинувшись в кресле, спросил Притчард. — В том, что Дженсен — первый, на кого тебе не повезло наткнуться. А ведь на Земле так много гора-а-аздо более обходительных мужчин.
Вторую фразу он произнес чуть громче, и с вызовом посмотрел на закрывшуюся дверь, будто бы Адам мог его услышать. Хотя, зная слух Адама.
— Да, я уже познакомилась с Шарифом, — невинно улыбнулась Цири.
Притчард смерил ее мрачным взглядом.
— Так, — резко перевел он тему. — У меня длинный список того, что тебе с барского плеча предоставил Шариф, а именно: мобильный телефон, ноутбук, кредитная карточка, переносной переводческий модуль…
На каждое название он вытаскивал из ящиков прибор, который ставил на стол с таким грохотом, что неудивительно, почему у них тут ничего не работает. Цири тем временем рассматривала плакат с изображением девушки с розовыми волосами, сжимающей рукоятку огромного, во весь рост, меча.
Последняя фантазия. Вот уж и правда фантазеры, они что, мечей вживую никогда не видели?
— И не спрашивай меня, — вздохнул Притчард, — за каким чертом тебе техника, если она не переживет и одну телепортацию. Так уж тут у нас принято — сначала дают разнарядку, а потом думают.
Цири взяла в руки тонкий черный прямоугольник. Местные не расставались с ними ни на секунду.
— Кроме того, я должен тебе объяснить, как этим пользоваться. Короче, — мрачно подытожил он, — сидеть мы тут будем до вечера.
— А что насчет оружия? — встрепенулась Цири.
— Все вопросы к Дженсену, — отрезал Притчард.
О, она их задаст при первом случае.
— Начнем с мобильного телефона, — день только начался, а Притчард уже разговаривал так, будто всю ночь работал на доках.
- …вот этого прямоугольника, да? — уточнила Цири, взяв черный тонкий прямоугольник в руку.
Притчард уперся головой об ладонь и одними губами сказал:
— Не зря в инструкциях пишут «не суйте пальцы в розетку». Не зря.
****
Из кабинета Притчарда Цири успела сбежать за пару мгновений до того, как тот окончательно потерял терпение, а она — какую-либо тягу к знаниям. Основное понятно: чтобы вызвать Адама, нужно набрать на телефоне кнопку под номером один, Фариду — кнопку под номером два, а с Притчардом лучше вовсе не связываться. С клавиатурой она справилась бы куда лучше, если бы Притчард не глядел на нее с такой обреченностью каждый раз, когда она по полминуты искала нужную букву.
Да и леший с ним; нашел, чем гордиться. По кнопочкам стучать много ума не надо, попробовал бы он как Адам, в одиночку здание штурмовать. Вот тут нужны мозги. Собственно, когда она на это намекнула, Притчард окончательно взбесился, и Цири решила ретироваться чуть раньше, чем нужно.
До ее следующей встречи, с некоторым господином ЯНОМ ЛЕВАНДОВСКИ ПХД ГЕНЕТИКА, о которой с маниакальной настойчивостью напоминал мобильный телефон, оставалось еще полчаса.
Прогулявшись по коридорчикам, разделяющим плотные реки кабинетов, за дверями которых сидели неуютно улыбчивые люди в кипенно белых рубашках, Цири дошла до островка кухоньки. На нем не иссякала очередь к кофемашине. Все улыбались ей, но никто не проявлял ни малейшего желания заговорить, не нарушая дистанцию как минимум в аршин.
«Еще и телики вырубили, — пожаловался кто-то. — Даже Детройтских Тигров не посмотреть».
И правда: даже телевизоры и те, все как один были выключены, а она уже пристрастилась рассматривать движущиеся картинки. Цири вздохнула, залпом допив воду и отодвинула от себя пластиковый стаканчик.
Улыбчивая женщина в униформе «Шариф Индастриз» тут же подошла к ней и ловко убрала его со стола. Руки у нее были в тоненьких прозрачных перчатках. Цири поежилась и взглянула на экран телефона.
*****
Ян Левандовски оказался мужчиной лет тридцати, по-мальчишески симпатичным, с подвижным лицом и пшеничными кудрявыми волосами. Вместо глаз у него были белые зеркальные линзы, напомнившие ей дула камер на улицах, и поначалу Цири показалось, что он слепой.
Когда она вошла в его новехонький, еще не обжитый кабинет, то обратился он к ней из другого конца комнаты, не поднявшись из своего облегающего тело белого кресла:
— Пани Рианнон, — сказал он с легкостью старого знакомого, подозвав к себе жестом: — у меня есть одна теория, и мне страшно нужно, чтобы вы ее подтвердили.