— Шариф Индастриз, — закончил за него Адам.
— О, да, — с чувством отозвался Винтермьют. — Кроме блистательного, благородного, несравненного господина Шарифа. А убийство Бобби мы повесим на эльфов. Благо остроухие давно и старательно сами копают себе яму.
План показался Цири таким чудесным, что она была готова расцеловать Винтермьюта в несуществующие щеки — спустить всех собак на эльфов, а заодно и на врагов Адама! Честная, отчаянная драка, а не трусливый побег — что может быть прекрасней?
— Очень херовый план, — на корню обрубил ее энтузиазм Адам. — Я знаю, чьи головы полетят в конце — но не твоя, это уж точно. Ладно, шаг назад — как ты собираешься расправиться с Пейджем? Он даже в сортире под тройной охраной.
Скепсис Адама, похоже, очень раздражал Винтермьюта, тем не менее, он терпеливо продолжал:
— В сортире может и под охраной, — спокойно ответил Винтермьют. — А в других местах — может, и нет. Зачем я, по-твоему, позвал нашу маленькую сестричку?
— Послушай, приятель, — резко сказал Адам. — Цири не будет…
Она не будет?! Это Адам не будет говорить, что ей делать — особенно в ее присутствии!
— Он предлагает раскрыть ложь, — не выдержала Цири, — сообщить миру правду! Открыть им глаза на эльфов, на иллюминатов! Что тебе не нравится?
Адам поднял руку, перебивая:
— Цири не будет…
— Давно опекунство оформил? — ехидно спросил голос с другой стороны экрана.
Винтермьют очень умело подлил масло в распаляющиеся эмоции Цири.
— Вот именно! — воскликнула она. — Да я Пейджа собственными руками придушу, если…
— Так, хватит! — рявкнул Притчард. — Приятель, пару минут: наше юное темпераментное создание выговорится, и мы снова с тобой свяжемся.
Цири стиснула зубы. У нее под глазом задергалась жилка, и пришлось приложить все усилия, чтобы не заорать прямо здесь и сейчас.
— Во-первых, Цири, он предлагает сообщить правду за наш счет, — спокойно сказал Адам. — Во-вторых, я не доверяю добрым самаритянам и тебе не советую.
Он осекся, выражение хмурого недоверия на его лице перешло в задумчивость.
— В-третьих, Супердевочка, никогда не выясняй внутренние проблемы при третьих лицах, — язвительно добавил Притчард.
— В-четвертых, — в тон им обоим прошипела Цири, — Когда я пыталась вернуться домой, Винтермьют — единственный, кто предложил способ! А уж в-пятых… В-пятых, он единственный, кто не хочет продать меня с потрохами.
Выжидая пристыженной реакции, она ядовито спросила:
— Мне уже становится любопытно… Кто тут на чьей стороне?
— Цири, послушай… — устало сказал Адам. — Никто не собирается продавать тебя «с потрохами», и все гораздо сложнее, чем ты думаешь.
— Ну конечно! — взвилась Цири. — Куда мне, средневековой дурочке, до ваших интриг! Тогда зачем позвали? Решайте, что со мной делать, а как решите, сообщите!
Она, конечно, могла и переместиться обратно, но за сломанную технику Притчард бы ее с того, этого и любого другого света сжил, поэтому она в два крупных шага оказалась у двери и с силой хлопнула ей за собой, вихрем вылетев из кабинета.
— Не беги за ней, — донесся ей вдогонку голос Притчарда. — Ей-богу, Дженсен, даже не вздумай, или потеряешь последние крохи моего уважения.
— В мыслях не было, — отрезал Адам. — Она должна быть жива, а не довольна.
Цири покраснела. Страшно злая. Даже не столько из-за собственной, ощущаемой где-то глубоко внутри, неправоты, сколько из-за правоты Адама.
Но не обернулась.
********
Когда Цири вернулась в Чайрон-Билдинг, то из чувства противоречия поднялась в «собственную» квартиру, в которой не появлялась с того раза, как они с Адамом прокатились по пустырю. Едва переступив порог, Цири отправила сообщение «позвони мне».
Трубка отозвалась в считанные секунды. Вместе с ней снова вернулась головная боль — нудная, трамбующая мозг, гонящая в царство ночных кошмаров, где даже виселица покажется очень даже неплохим обезболивающим.
Одной рукой Цири прижала трубку к уху, другой потянулась к заветной коробочке с пилюльками, на ощупь открыла ее и вытащила два маленьких голубых треугольничка.
— Слушай, сестренка, — сказала трубка, — хочешь знать мое мнение? У тебя на редкость хреновые друзья.
Телефон пискнул еще раз, и Цири мимоходом глянула на экран. «Цири, я из кожи вон лезу, чтобы тебя отсюда вытащить. Ты должна…». Чтобы узнать, что она в очередной раз должна, нужно было открыть сообщение, но Цири этого делать не стала. Верить должна, наверное. Верить, ничего не спрашивать, кивать головой, как болванчик, и слушаться.
— Гхм, — буркнула Цири в трубку. — Других не попадалось.
— Ну вот я, например, — не преминул ввернуть Винтермьют, — я тебя пока что не обманул.
— Меня — нет, — холодно ответила Цири. — А вот Адама — не раз. Кстати, чертовски странно, что ты не удивлен, что бункер не сработал.
— Меня вообще трудно удивить, — хохотнул Винтермьют. — И если мы и дальше будем такими хорошими друзьями, то я расскажу тебе, сестренка, в чем там загвоздка.
— Ты-то как можешь знать? — фыркнула Цири. — Это магия.
— Под твое определение магии, — хмыкнул Винтермьют, — попадают самолеты и холодильники.
Еще один решил потоптаться по больной мозоли!
— Поосторожней со словами, — огрызнулась Цири. — А то Пейджем дело может и не ограничиться.
— Сбавь обороты, сестренка, — отозвался Винтермьют. — Твоя кровожадность нам еще пригодится. Адаму и Ко не прорваться через секьюрити, но есть одно место, где Пейдж не параноит. Личный джет. Ведь в воздухе туда никто не заберется, м-м-м?
Цири сглотнула. Страшно она не любила эти летающие штуки, одним богам ведомо, какими силами взмывающие в воздух.
- А напоследок джет, скажем так, рухнет при невыясненных обстоятельствах. Ни следов, ни тела.
— Ладный план, — сказала Цири.
— Есть одно «но», — после небольшой паузы сказал Винтермьют.
Ну, вот. Как говорится, все, что произнесено до слова «но» — не имеет никакого значения.
— От Пейджа нам, собственно, нужен только его визуальный модуль. Зрачок, в общем. Понимаешь, к чему я клоню?
— Вырезать ему глаза? — тихо сказала Цири.
— Господь с тобой, — ужаснулся Винтермьют. — Оба-то зачем? Одного достаточно.
Цири откинулась на спину, растянувшись на кровати, прикрыв глаза.
— Еще что-нибудь? — вздохнула она.
— Еще много чего. Но сначала я должен убедить твоих несговорчивых друзей.
*****
На следующий день в Детройте объявили военное положение. В Шариф Индастриз, по-видимому, тоже, потому что оставшиеся сотрудники перекочевали в офис со всеми личными вещами и больше своих кабинетов не покидали.
— Милсдарыня Гинзбург, вы еще здесь? — Цири осторожно шагнула в тускло освещенную комнату, напрасно понадеявшись, что в столь поздний час Гинзбург отпустит ее с миром.
Женщина подняла на нее глаза.
— Я не уходила, — сухо ответила она и, не выдержав и малейший паузы, сразу перешла в наступление. — Мисс Рианнон, меня интересует вопрос навигации. Каким образом вы ориентируетесь?
— Я представляю себе место, в которое хочу попасть, — задумчиво сказала Цири. — Ну, или просто иду по Спирали, пока меня куда-нибудь не занесет.
— Очень познавательно, — сказала Гинзбург. — Но каким именно образом вы находите миры?
— Старшая кровь позволяет мне делать это по наитию, — гордо ответила Цири. — Такие, как Карантир, десятилетиями обучаются перемещаться между мирам.
Гинзбург совершенно не впечатлилась.
— Это не система навигации, мисс Рианнон, — разочарованно вздохнула она, — а какая-то эзотерика.
Странное дело: цивилизация, построенная на обмане и лжи, постоянно требует фактов и доказательств. Цири прищурилась и уперлась ладонью в бок, пытаясь выудить из воспоминаний лекции Аваллак’ха про астрономическую навигацию.
— Ну, — сказала она после некоторых раздумий, — ещё по звёздам и созвездиям определяю.
Гинзбург встрепенулась, и застывшее выражение ее лица стало чуть более заинтересованным.