При мысли о 'сейчас' начальник пилорамы задержался перед зеркалом. В упор на Виктора глядели карие глаза отнюдь не староѓго, однако побелевшего как лунь, приземистого кряжистого мужика. Именно на таких, - сказал однажды гетман, - держится Россия и, быть может, потому не умерла. Приятно. Он вообще хороший человек. Вот только мягкий, с нашим братом нужно строже. Да ладно, хрен с ним, разберётся, им там, наверху, виднее...
Дверь тихо отворилась - смазана на совесть, по-хозяйски, - и в ванную проник веснуш-чатый Серёжка, младший. От второго брака. О той семье, из прошлой жизни, первой, Виктор старался меньше вспоминать. Не приведи Госѓподь еще раз увидать такое!..
- Па, мама щи налила, тебя зовёт... Па, а ты - на войну? Па, возьми меня, я буду тихо-тихо сидеть! Я стрелять смогу, знаю, куѓда нажимать. И патроны могу засовывать. И на рации могу. Па, возьми, а!
- Успеешь.
Виктор потрепал мальца по рыжей голове. Думал, тот расплачется, но пацана уже терзала новая идея.
- Па, на нас мутанты напали, да?
- Кто вам эти глупости рассказывает? Ты хоть одного мутанта видел?
- А вот и есть они! Огр-р-ромные, стр-р-рашные, по две головы у них! Ребята говорят, они в шахтах живут, где раньше ракеты быѓли, злые сильно, людей едят, вот что. Честно, па, вы с ними воевать будете?
- Сына, чем ерунду болтать, сходи лучше, набери во флягу свежей колодезной воды.
- Щас!
Пацанёнок умчался.
- Мутанты, - усмехнулся Селиванов. - Пёс их знает, может и мутанты...
Давным-давно, ещё сопливым пятиклассником, он летом помогал отцу на санитарной вырубке у самой Ладоги, недалеко от старофинѓского кордона. Они как раз прореживали древнюю чащобу, когда увиѓдели метрах в пятидесяти от себя огромного неведомого зверя. Суѓщество было похоже на колоссальную обезьяну, сплошь покрыто бурой шерстью, шло, наклонясь вперед, на полусогнутых лапах - да нет, ногах, каких там лапах! - руками осторожно шевеля кусты. Крик ужаса застыл тогда у Виктора во рту, а самого будто пришпилили к берёзе щучьей острогой, от страха парень даже обмочился. Как позѓже выяснилось, батя - тоже... Они летели по болотным кочкам килоѓметра два, лишь у большой делянки тяжко дышащий отец попридержал его.
- Никогда и никому об этом не говори, сынок!
- А кто это был, па?
- Хозяин, - осмотревшись, тихо произнес отец...
Мотаясь ежедневно в колледж, Виктор вместо пива покупал журѓналы и к выпуску скопил огромную коллекцию статей о йети. По пьянке какѓ-то рассказал дружкам о давней встрече, однако те его подняли на смех, пытали, сколько он стаканов перед этим врезал. Лишь старенький водитель лесовоза пристально взглянул на молодого пильщика, размял сырую 'Приму' и чуть слышно пробурчал - леса-чащобы, дескать, всякое бывает... А тут, гляди, мутанты! Собственно, почему бы нет?! Глухие разговоры по углам не умолкают с самого его прихода в Новороссию. Нет, как известно, дыма без огня!..
Виктор присел на табурет перед обеденным столом, принюхался к духмяным щам - гляди-ка, научилась киевлянка! - придвинул соль, обколупал чеснок. Валентина, вторая жена, пухленькая блондинка тридцати пяти лет, закройщица в станичном ателье, устроилась пообочь, напряженно глядя на супруга.
- Вить, что ж теперь будет, а? Бабы такое гутарят, страх!
- Слушай больше, наболтают твои бабы, - буркнул Виктор, помеѓшивая сметану. - Делать больше нечего, кроме как языками молоть! Впервой, что ли? Дадим по бошкам, и всего делов!
- Кому хоть?
- А хрен его знает! Нам какая разница, на то командиры есть. Серёжка, вон, говорит - мутантам...
- Ох, типун ему на язык!
- ...а я так мыслю, немцам, - сноровисто орудуя любимой перѓсональной ложкой, усмехнулся Селиванов.
- Нимци - воны завжды нимци, - расслабилась и благоверная.
Бить немцев что хохлу, что москалю не привыкать. С мутантами - совсем иное дело. Тем более что Валька, очень смутно представляя, кто это такие, ассоциировала их со словом 'муть'...
- Хрен с ними, с немцами. Ты мне скажи, Мишка где?
- На чердаке с Ромкой Майсурадзе, в разведчиков играют.
- Делать им нечего! Ты гляди, чтоб пацаны со двора не уходили, чуть что - в подвал.
- А куда они уйдут?! Мы ж дежурим!
- Вы надежурите!..