- Знаешь, поеду-ка я пирожки лепить! Голубь улетел... и приѓлетел ангел... или... они ведь тоже разными бывают: херувимы, там, серафимы, престолы, господства, силы, власти, начала, архангелы... поглядим!
... - Поглядите... - вздохнул величественный седовласый старец. - Не забывай поглядывать, сынок!..
... Поглядывали не туда. То - друг на друга, то - на окруѓжающих. А шевельнувшееся на поверхности воды бревно заметил только Дэн. И вопреки обыкновению пронзительно залаял. Случись подобное в любой другой из дней, хозяева удивились бы несказанно. По крайней мере, насторожились точно, ибо ньюфаундленды к пустобрёхам не отѓносятся. Во всяком случае, не пропустили бы подобного. Однако же - в любой другой из дней...
...- Чтоб вас крокодилы всех пожрали! - угрюмо проворчала тень в задрапированном окне...
В какой день недели, в котором часу
Ты выйдешь ко мне осторожно?
Когда я отсюда тебя унесу
Туда, где найти невозможно?
Пусть черемухи сохнут бельем на ветру,
Пусть дождем опадают сирени, -
Все равно я отсюда тебя заберу
Во дворец, где играют свирели!...
(В.С. Высоцкий)
Что за бардак ва-аще?!
- Девушка, здесь купаться запреѓщено!
- Почему же вы молчали, когда я раздевалась?
- А раздеваться здесь не возбраѓняется...
- Делай 'по...', бери конца! - радостно сообщил озадаченному подѓчинённому седоволосый ветеран, перекрывая абсолютно бледными полукосѓтями ленту домино, и смачно залепил в столешницу позорный 'дубль-пусто'. - Получи, фашист, гранату от советского солдата!..
В двадцати двух километрах по пути из станицы в 'мегаполис' Нижнереченск от шоссе вправо уходило ответвление к огромному кольцу бетонки - трёхсоткилометровой стартовой позиции мобильных установок баллисѓтических ракет, чудовищных изделий класса 'Сатана' с десятком отѓделяющихся боевых сегментов. Впрочем, возможно, выжившие господа ракетчики наврали, и дислоцировались здесь российские красавцы 'Тополя'. Ну да не суть оно сегодня важно, дело прошлое...
У самой развилки лесная чащоба внеѓзапно обрывалась, и вплоть до города, почти на тридцать верст, тянулись много лет назад заброшенные нивы присной памяѓти колхоза 'Дело Ильича'. Да-а, натворил Ильич делов!.. Которые, по счастью, не пропали втуне - их продолжили неугомонные пришельцы-казаки. На заре новой жизни, с завидной реѓгулярностью терзаемые бандами грабителей и мародёров, они создаѓли близ дорожной рогатки немудрящий бастион. Со временем по-над лесной опушкой выросло мощное фортификационное сооружение: двенадцать стрелкоѓвых ячеек, поворотная орудийная башня и два пулеметных гнезда были соединены полнопрофильным ходом сообщения под накатом из бревен; бруствер тщательно укреплён срубными конструкциями и мешками с песком, замаскирован свежим дёрном; подходы перекрыты ямами-ловушками, направленного действия осколочными минами и проѓволокой МЗП. Гетман подумывал о том, чтобы устроить у развилки постоянную передовую заставу взамен традиционной, ближней, однаѓко воспротивилось одно большое но - река из форта не просматри-валась, а разоряться на дежурство двух нарядов стражи каждодневѓно станица не могла, для тружеников-ратников война и служба войск - не самоцель, а вынужденное оборонительное средство. Потому опытные полководцы казаков использовали выгодную укреплённую позицию эпизодически. Если быть честным - крайне редко. Когда, к примеру, 'завтра наконец последний бой'...
Потому лишь сегодня (нет, строго говоря, вчера ещё) форт был занят аванпосѓтом из пяти бойцов под началом хорунжего Добророда, опытнейшего вояки, бывшего 'контрабаса' дивизии 'Терек', ветерана десятка кроѓвавых кампаний на 'горячем поясе' предчумного мира. Молоденький пулемётчик Вовка Данькин, расположившись с биноклем на берме окоѓпа, внимательно, не отвлекаясь даже в мыслях на высокие материи, оглядывал пейзаж - у 'дедушки' не забалуешь! Двое следопытов похрапывали на застеленных накидками - поверх еловых лап - дощатых нарах в уютном и надёжном, пусть далеко не тёплом, армированного бетона блиндаже, а Добрород... А Добрород оставил снайпера Виталика 'козлом'.
- Да ну вас, Григорий Макарыч!
Виталий сдвинул кости подальше, не желая продолжать заведомо проигрышный матч.
- Пеѓрекусим?
- Можно, - кивнул ветеран. - Но мерзким вонючим домашним жиѓвотным вы, батенька, так или иначе остались. Вернемся - с вас пузырь и пончик!