Выбрать главу

      А Елизаров, подливая спутнице вино, обнял её своей громадной дланью.

      - Песням братан тебя научит! Новых псалмов не гарантирую, зато блатной шансон знать будешь назубок.

      Серёга моментально показал, как будет рвать рубаху на груди, и затянул:

      Снег расплавили гильзы, и истёк алой кровью

      Человек в телогрейке, безымянный 'зе-ка',

      А далёко-далёко, где-то там, в Подмосковье,

      Фотографию сына уронила рука...

      Как вдруг истошно закричал:

      - Атас, менты!

      Да так, что от неожиданности содрогнулся даже гетман. И не солгал - к столику приближался озабоченный пристав Коробицын.

      - Так, так, гражданы... в шумном балагане деньги прожигаем? Ну-ка, документики приготовили!

      - А чё мы з-зелали, командир?! - запричитал Серега. - Лично я этих ва-аще не знаю, век воли не видать! Позвали выпить, сдуру и пошёл.

      - Витрину ураганом снесло, - поддержала хохму Алина. - А марафет халдей подкинул, не иначе. Вы на рожу его гляньте, гражданин начальник!

      - А те два трупа, товарищ старшина, что в гальюне лежат, - подѓключился Александр, - вероятно, отравились колбасой...

      - На пакгаузе! - припомнив старый фильм, заржал дозорный.

      - ...а то, что дырки в животах, так это промывание пытались сделать, клянусь, честное слово!

      - Да что там трупы! - отмахнулся Коробицын, напустив на себя вид усталого участкового. - Тут у нас дела почище! Гражданы жалуются, что вы шумите после одиннадцати, выражения разные нарушаете, да ещё мочиѓтесь в лифте! Несовершеннолетних, опять же, втягиваете, - пристав уставился на Алёнку. - Восемнадцать лет есть?

      - Почти, - испуганно пролепетала та, и гетман ободряюще стиснул её ладошку.

      - Так я и знал! Придётся протокольчик составлять... А что делать? Служба такая!

      - Может, по-человечески, товарищ старшина? - предложил Богачев.

      - Можно и по-человечески...

      - Человек! - подскочил Серёга, будто бы призывая кабацкого целовальника. - Водки! Много! Сто грамм... Здороѓво, Юрчик!

      - Привет и вам, граждане отдыхающие, - улыбнулся Коробицын. - Мою не видели?

      - Садись, Владимирович, сейчас подойдёт, - пригласил его гетман, - вертится на кухне, служба у неё тоже.

      - Служба! - проворчал Коробицын. - С утра брюки мои выстирала, а там в пистоне двадцатник лежал. Неучтённый!

      Компания захохотала вновь, а Богачёв участливо спросил:

      - Товарищ старшина ларёчников потряс? Али жезл новый выдали?

      - Да по-всякому... Тут рубель сдыбаешь, там полтину, - вздохнул 'усталый участковый' и, опрокинув рюмку, вытянул палец в направлеѓнии Татьяны. - А вот вам, гражданочка, придётся всё-таки пройтить... Пройдёмте! На тур вальса...

      Вечер продолжался, людей заметно прибавилось, и никто не сожалел об отсутствии привычной электронной музыки - скрипач-виртуоз покорил всех. Чинно раскланявшись со старшиной, в зал проследовали именитые купцы - Золотницкий, Бабкинд и наконец-то примкнувший к ним Волохов-Мутный. За отдельным столом развесёлой компанией уплетали бифштексы приказчики. Обречённо поглядывал по сторонам страдалец Кучинский, благостно вкушая борщ под бдительным присмотром Антонины свет Антоновны и доѓчери приёмной Степаниды, как две капли воды похожей на титанических размеров мамочку. В тёмной нише присели отец Никодим со сторожем анахоретского представительства, и соотношение напитков и закусок на их столе являло собой классический пример дисбаланса. Отнюдь не в польѓзу последних...

      Гетман закурил, выпустил в потолок несколько пижонских колец ароматного дыма и задумчиво произнёс:

      - Вижу я, братья и сёстры, некую социальную несправедливость в нашем сегодняшнем мероприятии. Все нынешние гости Новороссии имеют место находиться в зале, и только один, не менее достойный, скучает на больничной койке. Я взял на себя смелость пригласить его к нашеѓму столику. Если, конечно, вы не против.

      Возражений не последовало, хотя, признаться, и восторгов - тоѓже. Большинство просто не знало о существовании Никоненко, капитана ВВС.

      - Алёна Валерьевна?

      - Я не против, Алексан Саныч. Как я могу..?! - девушка густо покраснела.

      Гетман и сам сейчас не понимал, зачем позвал из карантина авиатора. Для очистки совести решил - пусть оба, он и девушка, быстрее втягиваются в новый для себя быт, не сторонятся первых встречных-поперечных. Он снова ласково погладил руку Алёнки, и та, вздрогнув, опустила пушистые ресницы.