- Алька, зачем же ты снова..?!
- Спи, несмышлёныш! В твоей далекой стране, прощаясь, говорят: аста маньяна! До скорого! До встречи! До утра...
...До утра рыцари должны были преодолеть пешком более тридцати километров. Неблизкий и опасный путь. Тяжёлый, сверх меры опасный груз...
...А высокоразумный, но при этом слабо чувствующий монстр спокойно спал, зарывшись в камыши. Ибо не чувствовал угрозы. Не умел, пусть даже и предполагал, как Это делается. А подсказать ему, предостеречь... Да кто ж ему, болезному, подскажет?! Конспирация!..
... - Ну и хорошо, - надрывным стариковским голосом прокашляло неведомое Запределье. - Знать бы ещё, как это на самом деле - 'хорошо'!...
Потупя взоры, не смотря по сторонам,
Через отчаянье, молчанье, тишину
Спешили женщины прийти на помощь нам, -
Их бальный зал - величиной во всю страну.
Куда б ни бросило тебя, где б ни исчез, -
Припомни этот белый зал, - и улыбнёшься.
Век будут ждать тебя - и с моря, и с небес -
И пригласят на белый вальс, когда вернёшься.
(В.С. Высоцкий)
Что за бред?!
По мотивам рекламы фруктового сока:
- Ты видел, внучек, чтобы я наши яблочки какой-нибудь гадостью поливал?
- Нет, дедушка.
- Ну, слава Богу! А то бабушка внезапно померѓла...
Будучи ещё майором ВДВ - и даже курсантом военного училища, - нынешний Полковник всея Руси люто ненавидел понедельники, причём не только и даже не столько из природной лени. Вести ли речь о добром отношении, если именно по этим гибѓлым дням происходили самые придирчивые смотры, собирались разгромные совещания, начинались итоговые проверки, долетали 'новые веяния' и комиссии из Центра, подскакивали цены на бензин, водку и курево? Привычно ненавидел он и понедельники эпохи Новатерры. Хотя, заделавшись всевластным гетманом, мог бы позволить себе сачкануть. Ей же Бог, Новороссия не развалилась бы. И даже, вероятно, не пришла в упадок...
При всём при том гетману до утра не давали покоя намёки жены и собственное предощущение катастрофы. Нужно было немедля что-то предпринять! А что? Ну, как минимум, не залёживаться до двунадесятых петухов. Потому он через силу поступил согласно правилу 'раньше сядешь - раньше выйдешь'. В его случае - раньше встанешь...
И гетман решительно встал пораньше - задолго до обычных семи ноль-ноль. Наивно думал: раньше всех. Однако по целому ряду косвенных признаков был вынужден признать несостоятельность такого вывода. Не станем здесь перечислять их в порядке обнаружения гетманом, отметим главный: на куѓхонном столике его дожидалась ещё парящая чашка кофе. И записка: 'Доброе утѓро, батюшка! Простите, но больше ничему у Алины Анатольевны я пока не научилась, и то, наверное, плохо. Но я исправлюсь, честно-честѓно! Будьте осторожны! А я буду молить за вас Всевышнего. Ваша (тщаѓтельно зачеркнуто) Алёна Ларина'.
Гетманский 'завтрак' и впрямь получилѓся неважным, да и вообще излишним, потому что он никогда не завтракал до прихода в резиденцию, даже 'горячительных' напитков не употреблял. Ну, а записѓка исполнена - пусть верно стилистически и без ошибок - корявым дет-ским почерком. Однако это не имело ни малейшего значения! Александр перецеловал каракули множество раз и спрятал на груди, в карман над самым сердцем, прекрасно понимая: ни пули, ни ножи, ни кулаки врагов ему сегодня не страшны. Сегодня и Всегда. Он стал бессмертным рыцарем прекрасной дамы сердца. Вот только...
...в грёзы нельзя насовсем убежать:
Краток век у забав - столько боли вокруг!...
Впрочем, одну забаву гетман всё-таки сыскал. Недалеко. В своей приёмной. Забавлялась госпожа урядный секретарь. В отсутствие начальниѓка и машинистки Наталья Хуторская весело болтала с кем-то по телефону. Спиной к двери. Опираясь локотками на рабоѓчий стол. В позе безнадежно больного радикулитом... Потому, прежде чем деликатно кашлянуть, гетман от души налюбовался пикантным зрелиѓщем. И усилием воли отогнал гнусную мыслишку - разозлиться, щёлкнуть, как в прошлый четверг, фиксатором засова и... И поневоле вслушался в их развесёлый трёп. О... рыбе. Вот уж весёленьѓкое дело - спасу нет! А дама сердца давеча расплакалась по этому же поводу. Переквалифицироваться, что ли, в рыболова? А то вся жизнь в тоске и серости пройдёт...
- Кхе-кхе!
- Ой! - вздрогнула Наталья, резко обернулась к нему и зажала микрофон ладошкой. - Доброе утро, Саныч! Прошу меня простить.