- Класс! Ты великолепен! Никаких больше образов не предлагай, даже Ирины Хакамады.
- Жаль. Кстати, не горячись, подумай. Хозяин с нею, с Хакамадой, но есть Немцов, Явлинский, а также эксклюзивный вариант, причём со скидкой, - Егор Тимурович Гайдар. Можем Бурбулиса, можем Чубайса, даже Джорджа Буша-младшего изобразить, за ваши денежки - любой каприз. Ладно, полковник... в смысле, майор, пора мне. Рад, что пришёлся тебе по душе. Ты мне тоже нравишься, хотя, на мой взгляд, с длиной ушей у тебя не того немного... Подкачали ушки! Ну да ничего, какие твои годы, отрастут ещё. Бывай здоров, не кашляй! Принимай гостей как должно. Да и какие они тебе гости?! И свечку не забудь воткнуть - с геморроем шутки плохи!
- Да уж не забуду. Ты ещё придёшь, ушастый?
- Как будет на то воля Хозяина. Лично я - не против.
- Я - тоже. Спасибо! Буду ждать!..
- А ждать и не нужно, я уже тут! - раздался за спиной голос Алины. - Прости, что задержалась, Аль... Аль! Что с тобой?!
- А что со мной?! - встряхнулся Александр, сбрасывая ангельское наваждение.
- У тебя глаза были зелёными с просинью, а сейчас - чернее ночи!
- Не беспокойся, Алька, сейчас всё поправим, - буркнул он. - Нет, правда, скоро они придут в норму.
Он знал о странной особенности своих глаз: обычно они выглядели карими, в минуты радости и умиротворения становились то зелёными, то голубыми, перед лицом угрозы блестели холодной серостью легированной стали, а тяжкие заботы и раздумья чернили их погуще, чем Малевич - свой '... квадрат'.
- И вправду светлеют! - удивлённо воскликнула Алина. - Как ты это сделал?!
- 'Аще Бог по нас, кто на ны?!' - вопрошали, идя на ворога, наши далёкие предки. Нет в этом мире невозможного для человека, если Бог с ним заодно.
- Смелое заявление! Скромность определённо не входит в число твоих пороков.
- А для чего лукаво скромничать, когда так оно и есть, - вполне серьёзно заметил Александр. - Позвольте предложить вам руку, милостивая государыня?
- С превеликим удовольствием, милостивый государь!
Алина тепло улыбнулась, и мягкая её ладошка как-то очень естественно скользнула в мозолистую длань потомственного казака тире гвардейского комбата тире Божьего избранника...
На автостоянке бок о бок - вернее, двери в двери - с командирским Mercedes Gelendewagen бессильно распласталась, как раздавленная танком черепаха, старая просевшая 'восьмерка', и гости, следуя указанной Александром примерной дирекции, направились именно к ней. Каково же было всеобщее изумление, когда по мановению руки комбата сработал центральный замок сверкающего чёрным лаком внедорожника!
- М-да, - покачала головой Алина, - по поводу отсутствия миллионов в закромах нашего любезного благодетеля я точно погорячилась... Между прочим, украинские офицеры рады и 'запорожцам'. Представляю, на чём раскатывают ваши генералы! Наверняка не меньше, чем на 'Хаммерах'.
- Нет, миледи, 'Хаммеры' у нас - удел прапорщиков, а генералам положены болиды 'Формулы 1', - плоско отшутился Александр.
А про себя решил сегодня же вечером упросить Валентинова оставить 'гелендеваген' в его распоряжении ещё на день. Дед добрый. Дед поймёт. Дед войдёт в положение. Дед обойдётся служебным УАЗиком. Дед любит делать маленькие одолжения 'внучкам'. Вовсе не потому, что альтруист. Дед - просто умный человек и опытный руководитель. Примерно за такие вот благодеяния 'внучки', во-первых, обожают Деда, а во-вторых, и это главное, готовы за него и для него в лепёшку расшибиться...
- Прошу садиться, дамы и господа, едем!
И они поехали. Александр, естественно, за рулём. Алина - рядом справа. Алёнушка - стоя меж спинками переднего ряда сидений. Папа с мамой - сзади. Свободно. Комфортно (хотя избалованные роскошью дамы, кривляясь, заявляют - жестковато, угловато). Достойно. Солидно. По-взрослому.
Единственная среди них несовершеннолетняя, Алёнушка минут десять без умолку щебетала, рассказывая о совсем не детских шалостях дружков-подружек в детском садике. Воистину нет ничего дошкольного в том, чтобы развести целую коробку акварельных красок в ведре бабушки-технички или спрятать котёночка в сумке воспитательницы - то-то ведь обрадуется, когда дома обнаружит там пушистый комочек! Вместо кошелька, томика Марининой и косметички... Но как только они въехали в пределы города, девочка притихла, поводила пальчиком по большой матовой звезде на погоне камуфляжа Александра и задумчиво проговорила: