Что же до 'определённых кругов' - да бандитов, если без иносказания! - то комбат хорошо ориентировался в их неоднозначной среде. При всём при том каких-либо особенных чувств к общей массе тех, кто балансирует на грани Закона, не испытывал. Организованная преступность в целом не отличалась в его восприятии и эмоциональной оценке от, скажем, Северной Кореи, планеты Венеры и налоговой инспекции. Ну, существуют они как объективная реальность, данная нам в телевизионных ощущениях, да и на здоровье им! Сомнительный авторитет российского криминала в современном мире был для комбата сродни американскому футболу - то ли есть один и другой, то ли всё это выдумки лукавых журналистов, ему было абсолютно 'до лампочки'. Он привык оценивать в человеке Личность, а не стоящий за ним кодлан или, если угодно, его окружение. К тому же за самим Александром Твердохлебом вот уже много лет стояло столько безбашенных отморозков в голубых беретах, что ни один 'организованный преступник' в здравом уме не решился бы пересечься с ним в жёстком конфликте интересов...
Здесь же, бегло, на глазок оценив личность вновь прибывшего, Александр сходу проникся к нему доверием. Почему так? Да Бог его знает! Проникся, и всё тут. Ведь симпатия - загадочное чувство, которое либо возникает, либо нет, и силком в душу не затащишь. Именно поэтому выражение 'каждый россиянин должен любить свою Родину (варианты: пиво 'Невское', автомобили ВАЗ, уральские пельмени, Аллу Пугачёву, забухать с коллегами после получки, клюкву в сахаре, Бориса Моисеева, песню 'Шумел камыш...', активный отдых - в огороде раком)' - бред собачий. Нельзя заставить человека полюбить кого-то или что-то! Кстати, заставить возненавидеть - запросто, даже без особенных к тому усилий...
- Подходи, добрый человек, сади... э-э, присаживайся, - пригласил наконец вождь. - Гостям всегда рады! От чая не откажешься?
- Как можно?! Благодарю, братуха! - открыто улыбнулся в ответ молодой человек.
Добрый или нет - время покажет...
- Татьяна, поухаживай, пожалуйста, за гостем! Посуды у нас, слава Богу, вдосталь, чая - пока тоже, только с сахаром проблемы.
- А мы - с конфетками! Не так ли, мой юный друг?
Гость подмигнул Робику Даниляну и щедрой горстью высыпал на газету, служившую отряду скатертью, леденцы в яркой обёртке, причём мальчишке отделил не меньше половины. И вдруг, разглядев Татьяну, брезгливо подставившую разовый стакан под закопчёный чайник из хозяйства Андрейца, оторопело пробормотал:
- Вот так встреча на Эльбе!
- Спасибо, дяденька! - поблагодарил тем временем довольный Роберт.
- Старый, у дяденьки, между прочим, ствол под жопой, - прошептал, обернувшись в сторону комбата, бдительный Док.
Гость услыхал, но только усмехнулся, без колебаний продемонстрировал собравшимся ТТ и ответил Доку неопределённо:
- Времена такие...
Комбат на миг задумался - не создать ли прецедент? Воспольѓзовавшись случаем, изъять оружие и у 'доброго дяденьки', и у security Виктора. Но передумал. Не из боязни осложнений - вот ещё! - и не из дальнего прицела. Просто пеѓредумал. Лишить оружия в сегодняшней, донельзя конкретной ситуации означало одно - обречь его носителя на смерть. Кинжал хорош, говаривал киношный Абдулла, для того, у кого он есть, и плох, если не окажется в нужную минуту. Вдруг набредут 'Белые солнца...' из реальнейшей уже повсеместной '...пустыни'! Мало того, изъять - легко скаѓзать, на практике же... А ссориться с 'братухой' почему-то не хотелось. Опять же, не в опаске дело, просто не хотелось, вот и всё.