Мы прибыли на место встречи на полчаса раньше согласованного времени, но нас уже ждали. По периметру стояло несколько вертолётов, а на холмах виднелись танки.
— Зачем это всё? — спросил я коммандера, показывая рукой на собравшуюся технику, — нам не нужно широкой огласки.
— Мы не были уверены, что ви те, за кого себя выдаёте, — попытался оправдаться коммандер.
— Мы вообще себя ни за кого не выдаём, — хмыкнул я.
— Всё равно мы боимся, что это всё как это називается по-русски — подстава, но я вижу, что ви виполнить обещания. Я очень поражен! Ви можете рассказать как работает ваш аппарат?
— Конечно нет, — ухмыльнулся я, — мы привезли первый самолёт, где деньги?
— Ви знаете, что привезли? — продолжал тянуть время коммандер.
— Это какой-то американский истребитель, — хмыкнул я.
— Это не какой-то истребитель, — засмеялся коммандер, — это F-22 раптор, его стоимость сто миллионов долларов.
— Хорошо, — мигом отозвался я, — значит с вас всего 10 миллионов.
Генерал достал из джипа, на котором он подъехал к нам два чемоданчика и спросил:
— Как передать это вам?
— Вы сначала откройте и покажите что там, — предложил я.
Коммандер открыл чемодан, достал из него пару пачек банкнот и сказал, улыбаясь от моего оторопевшего вида:
— В каждом портфолио по миллиону долларов. Всего два миллиона. Это всё, что ми смогли собрать cash за короткий срок, но не волнуйтесь, ми заинтересованы в долгом сотрудничестве и отдадим оставшееся.
Я немного наклонил аппарат, чтобы входной люк не простреливался с возвышенности и сказал Жоре, чтобы он отключил защиту вокруг входной двери.
— Подойдите и бросайте деньги к нам, только без чемоданов.
— Но в портфолио удобнее, — удивился коммандер.
— В портфолио удобнее жучки ставить, — глубокомысленно изрёк я, после чего генерал подошел к аппарату и пораженно уставился на меня.
Наверно я действительно странно выглядел, спокойно стоя на поверхности, наклоненной градусов на 40 относительно земли. Еще больше его удивило, когда пачки с деньгами, которые он перекидал из чемоданов в салон, не сползли к нему обратно, а остались лежать на том месте, где упали.
— Теперь ви расскажете как работает ваш аппарат? — снова спросил генерал, перекидав мне все пачки, — хотя я уже начинаю догадываться. Antigravitation, верно?
— На всё воля Аллаха, — развёл я руками.
— Не надо так шутить, — помрачнел коммандер и добавил:
— У меня есть предложение. Ви можете заработать очень много, если продадите нам технологию. Я мочь предложить несколько миллиардов долларов и виполнение практически любых запросов — дворец с пальмами, яхты, красивые девочки, гражданство любой страны. Ви можете возглавить company, которая будет производить в Иране военную или гражданскую технику по вашей технологии. Если хотите, ми будем export технику во все страны или, наоборот, ви и ми завоевать все страны мира — выбор за вами.
— Нет уж, спасибо, — хмыкнул я, — давайте останемся в рамках наших договоренностей.
Коммандер разочарованно вздохнул и внезапно сменил тон:
— А ви не боитесь, что сейчас будет бабах и вас разнести на кусочки? У вашего аппарата не самый прочный корпус…
— Нет, не боимся, — усмехнулся я, стараясь казаться как можно самоувереннее, хотя в душе у меня заскребли кошки.
Надо же, — подумалось мне, — эта сволочь уже и успела рассмотреть материал, из которого НЛО сделан, да и принцип работы просекла.
— Вы ведь видели скорость, с которой мы летаем, — добавил я, — неужели у вас есть пули и снаряды, способные лететь быстрее?
Коммандер лишь хмыкнул в ответ и сказал:
— Хорошо, ми готовы покупать истребители такого класса в больших количествах. Но следующие уже не по 10, а по 2 million dollars.
— А танки? — уточнил я.
— Танки нам не надо, ми их производим достаточно.
— Ну хорошо, — сказал я, — дайте мне ваш телефон, мы всё обдумаем и выйдем с вами на связь.
Пока коммандер писал телефон на стодолларовой бумажке — другой под рукой не нашлось, мне пришла в голову одна мысль и я спросил:
— А могут ли ваши предприятия сделать корпус, подобный нашему, но только в два-три раза больше и из титана или из другого термостойкого материала.
— Корпус сделать not a problem, только скажите какое нужно поставить оборудование, чтобы этот корпус летал, — прищурился коммандер.
— Оборудование мы уж как-нибудь сами…
— Ещё один issue, у нас нет промышленности для thermal alloys… не помню как это по-русски, — добавил он.
— А если мы притащим кусок ракеты, сможете её переплавить? — подал голос Жора, сидевший до тех пор тихо.
— Это легко. Только возьмите ещё пару американских самолётов в качестве оплаты и сделайте чертёж и я обещаю, что лично дам заказ на наше оборонное предприятие и сам проконтролирую его выполнение.
— С вами приятно работать, коммандер, — попрощался я.
— Не теряйтесь, — сказал генерал закрывающемуся люку.
— А коммандер-то ушлый, — сказал Жора, когда мы отлетели на достаточное расстояние.
— Очень, — согласился я.
— С таким сработаемся, — сделал Георгий неожиданный вывод.
Вместо того чтобы отправиться с заработанными деньгами домой, Жора сказал править на Екатеринбург. Ему, мол нужно отдать немного денег Жене.
Моё дело маленькое — знай рули и я послушно нажал на кнопку, соответствующую если верить моей память Ебургу. Кнопок развелось уже столько, что я не сомневался, что вот-вот начну путаться. Те же мысли похоже пришли в голову и Жоре:
— Нужно будет нормальную навигационную программу заказать для нового аппарата, который нам построят иранцы.
— Для нового аппарата нужна будет не только новая программа, но и новый парковочный ангар. И вообще, кому ты хочешь заказать программу, не рассказывая её сути.
— Можно заказать её как компьютерный эмулятор, а потом самим доработать если что.
— Ну-ну, — скептически заметил я.
Когда Жора выложил перед Женей плотную пачку долларовых банкнот, она больше запереживала, чем обрадовалась, и ему стоило значительных усилий убедить её в том, что он не отрывает от себя последнее и что ему не пришлось никого убивать для того, чтобы достать деньги. Лишь после того, как Жора пообещал, что больше он не будет таскать ей денег до того как они поженятся, Женя взяла пачку и засобиралась, чтобы сразу передать их для детей брата.
Мы проводили её до небольшого заснеженного частного домика, расположенного среди развесистых тополей и брешущих собак, после чего Георгий предложил подыскать подходящее место для ангара.
Потратив час на то, чтобы облазить весь район, мы не нашли ничего более подходящего, чем старый парк, в котором мы и так останавливались каждый раз прилетая сюда. Зато мы вспомнили, что неподалёку от моего дома в Чите есть брошенный завод, на котором когда-то давно, ещё в советские времена делали светильники. А теперь все светильники делают китайцы, и заводской цех стоит с проваленной крышей, идеально подходя для того, чтобы парковать там новое НЛО.
Мы поспешили в Читу, чтобы засветло осмотреть этот завод вблизи, но нам это не удалось, так как пока мы вернулись в парк, пока прилетели в Читу, пока оделись, сбегали до туалета, наступили сумерки и на наш стук в дверь сторожки завода, которая теперь стояла вместо проходной, так никто и не вышел. Впрочем, может там и не было никого. В любом случае, лезть на территорию бывшего завода по темноте мы не решились и пошли по домам.
По дороге я зашел в Евросеть, воспользовался тем, что Жора выдал мне пачку денег и наконец-то купил себе самый крутой телефон из всех, что там был — почти за штуку баксов. Я заслужил, имею право. Не думаю, что многие в моём возрасте проводили успешные переговоры с генералом армии целой страны.
Дома я переставил в него свою симку и не мог налюбоваться, весь вечер играя с ним, пока меня не застал отец за этим занятием.
Взяв в руки телефон, он повертел его, понажимал на кнопки и спросил: