Мужчина в разговор не вступал, а с упоением грыз морковку, словно происходящее его совершенно не касалось.
— Хорошие перспективы. Либо конец, либо возможный конец в лиловом тумане. — Хромушка вдруг шмыгнула носом и стала утирать глаза.
— Как же так, Сонька! — Яростно заявила Вера и поднялась с пола, придерживая одной рукой сына. — Как ты могла в такое вляпаться! А самое обидное, даже мне не сказала!
— Что я должна была сказать? Что вижу людей насквозь? Что знаю, кто отец твоего ребёнка? — Заорала в ответ Хромушка. — Ты бы всё равно не поверила, а если бы и поверила — сдала бы меня Аристарховой!
— Неправда! Я бы молчала! Дура, как я без тебя здесь теперь? Кому я буду нужна? — Вера тоже заплакала. Малыш у груди обеспокоенно завозился и закряхтел. Новоиспечённая мать тут же утратила свой пыл и что-то успокаивающе зашептала в кокон. А потом осознала услышанное.
— Что ты имела в виду, когда говорила об отце? Разве малыш не дар Господень?
— Девочки, милые, прекратите ссориться. До того ли сейчас? Лучше давайте подумаем, как нам спастись. — Слава торопливо догрыз морковку и попытался увести разговор от опасной темы. Его жизненный опыт просто вопил о том, что для совсем юной женщины, выросшей в окружении верующих, правда может оказаться шокирующей. Ещё сотворит что-нибудь нехорошее с младенцем.
Но Вера не обратила на мужчину никакого внимания.
— Соня, я жду.
До Кривицкой, наконец, дошло то, что Вячеслав понял за одно мгновение. Не стоило говорить об этом, тем более, сейчас.
Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы дверь подвала не распахнулась, и в церковную тюрьму не вошла Дарья.
— Вера. Тебя не должно здесь быть.
Верочка вжалась в стену. Казалось, побледнеть ещё сильней невозможно, но девушке это удалось.
А женщина уже утратила интерес к прихожанке и сосредоточила своё внимание на пленниках.
— Ты! Это твоё? — На пол шмякнулся рюкзак с многочисленными карманами и лёгкая куртка.
— Да. — Вячеслав подошёл к решётке. — Можно забрать?
— Потом. Теперь ты, Кривицкая. На. — Даша достала из кармана часы.
Соня машинально схватила себя за запястье.
— Держи. Весь Приход знает, как эта вещь тебе дорога.
— Что происходит, Дарья Степановна?
Женщина не ответила. Она повернулась к молодой прихожанке:
— Вера. Убирайся немедленно. Я тебя не видела, ты здесь не была.
Девушка испуганно кивнула, подхватила пустую корзинку, и со всей скоростью, на которую была способна, покинула подвал.
— Да что происходит?!
Дарья подошла к камере Вячеслава, развела руки и взялась за прутья.
— Надо уходить. На рассвете вас отправят на костёр. И тебя, ходок, тоже. Тот, кому Ксеня служит, пообещал помочь голосовым сообщением.
Женщина с силой дёрнула. Раздался грохот, решётка выскочила из стены. На пол посыпались куски бетона и кирпич.
— Обалдеть. Дарья, я ваш навеки — в первый раз такую силу вижу. У женщины.
— Заткнись и слушай. Люди не хотят вам навредить, но Ксюха рвёт и мечет. Собирается изгонять тех, кто станет на вашу защиту. Так что у вас несколько часов, чтобы исчезнуть.
Дьякон подошла к клетке Кривицкой и повторила фокус с открыванием камеры.
— Мадам, почему вы нам помогаете? Судя по тому, что рассказала Соня, вы всегда и во всём поддерживали настоятельницу.
— Не твоего ума дело. Всё, что от тебя требуется — увести Кривицкую подальше отсюда, в безопасное место. Вы не в курсе, но поверьте, такие есть. Странников за эти годы много побывало, рассказывали о совершенно фантастических местах. Правда, Аристархова не хотела, чтобы прихожане знали об альтернативе.
— Я знаю. — Тихо сказала Софья, застёгивая браслет часов.
— Да? — Удивлённо приподняла брови Дарья. — Ладно, неважно. Уйдёте через ворота.
Слава подхватил рюкзак и деловито спросил:
— Всё растащили?
— А ты как думал. — Серьёзно ответила Даша. — У тебя там много чего интересного и нужного Приходу. Да и непонятное кое-что есть, Аристархова заинтересовалась. Я забросила внутрь пару банок тушёнки да нож твой охотничий, но на многое не рассчитывай.
— И на том спасибо. — Коваль закинул рюкзак за плечи и улыбнулся: — Ну что, Сонец? Прогуляемся?
Глава 4.2
Кривицкая не ответила. Она ещё даже не вышла из камеры. Куда?! Здесь её дом, её жизнь. Здесь Вера, баба Валя, остальные. Здесь ужасная, но такая привычная Аристархова. А там, за забором, что её ждёт? Голод? Горе? Смерть?
— Так, девочка. Собрала ноги в руки и свалила отсюда. — Дарья поняла всё без слов. — Здесь костёр, там — шанс на спасение. Хочешь, чтобы из-за тебя половину прихода выгнали?