— Обижаешь, начальник! — хохотнул Серёга, показывая горшок, уже с землёй и с посаженной в неё верхушкой, — Щас ещё польём, и будет всё чин чинарём.
— Что вы тут ещё нашли? — подозрительно спросил главный финик, нагнав меня уже возле посудной лавки, — Зачем вы раскладываете их по одному в маленькие горшки?
— Делай, как мы, и ты не пожалеешь об этом! — посоветовал я ему, сунув в руки пару ананасов, — На вот, пробуй, — ломтик ананаса я сунул ему уже в зубы, поскольку его руки были заняты целыми фруктами.
— Гм… Всемогущий Баал! Он вкуснее наших! А зачем вы их в горшки суёте?
— У этого нет семян, и сажать в землю надо верхушку, пока она не засохла, — разжевал я ему, — Потом, когда вырастишь всё растение целиком уже на нашем острове, будешь сажать и отростки от корней, а пока у тебя их нет — только вот так, верхушку…
Разобрались с ананасами, перекурили, а нас уже обратно к импровизированной печи зовут — золото начало плавиться. В смысле — именно золото, а платина так и осталась кучкой в виде песка, только уже не сероватого, а раскалённого до ярко-оранжевого цвета, начинающего переходить в жёлтый. И сам "противень" уже жёлтый и пышущий жаром, и по нему от кучки желтеющего платинового песка стекает в уголок тоненький ручеёк то ли белесо-желтоватого, то ли вообще слегка зеленоватого цвета, судя по уже скопившейся в уголке лужице. И этот цвет нашего финикийского союзника заметно обрадовал. Он тут же послал одного из своих людей к кораблям, и тот вскоре вернулся с небольшой литейной формой и железными кузнечными клещами. Форму подсунули под уголок "противня" с ярко светящейся бледно-зеленоватой лужицей, а два наших турдетана подсунули свои саунионы под противоположный край и приподняли, давая расплавленному золоту стечь тоненькой струйкой в форму. Оттащили, дали остыть, перевернули, выколотили из формы маленькую, но увесистую ноздреватую отливку.
— Бледноватое оно какое-то, — проворчал главный финик, — Правильное золото должно быть более жёлтым — вот как тот песок, который перебрали мои люди.
— Но ведь и не белое же, есть желтизна?
— Ну, есть небольшая.
— Расплавилось?
— Ну да, расплавилось, я сам видел.
— Тяжесть металла правильная?
— Правильная.
— Ну так и чем это тебе тогда не золото? Не нравится — давай сюда, — финикиец инстинктивно отдёрнул руку с отливкой, наши расхохотались, да и эдемцы тоже втихаря прыскали в кулаки. Наши уже сгребали с "противня" оставшийся на нём платиновый песок и слипшиеся комки губчатой платины, а он всё ещё буравил глазами свою золотую отливку, силясь разгадать, в чём же тут всё-таки подвох…
— А зачем вам этот никудышный белый металл? — спросил он наконец.
— Какая тебе разница? Я же не спрашиваю тебя, зачем тебе это золото. И тебе, и вашему Совету Пятнадцати достаточно знать то, что нас этот металл интересует. Для вас он бесполезен, но он всё равно будет оставаться у вас после отделения от него нужного вам золота, и ты знаешь теперь, как это легче и удобнее сделать, а мы согласны покупать его у вас по цене хорошей меди.
— Серебра! — вздумал торговаться этот прохвост.
— Нет, это было бы слишком дорого. Нам выгоднее тогда будет сплавать сюда и наменять его у дикарей за бесценок самим — вместе с золотом, кстати — мы ведь уже и сами знаем теперь, куда плыть и с кем торговать. А по цене меди мы этим даже утруждать себя не станем, если сможем купить этот металл у вас. Не жадничай сверх меры, вам ведь остаётся золото, если мы сойдёмся с вами в цене вот на этот бесполезный для вас металл.
— Ты предлагаешь нам медь, но она у нас есть и своя, — заметил финик, — Дай нам тогда хотя бы уж бронзу вместо меди. Тебя это не разорит, а нам бронза нужнее её. Ты же видел наше железо — мягкое, быстро тупится, легко ржавеет. Разве покупали бы мы ваше оружие, будь наше не хуже? В этих странах всё, что можно, надо делать из бронзы, как ваши громовые трубы. Только из бронзы можно здесь делать шлемы и доспехи, да и твой кольчатый доспех разве не бронзовый? У тебя и твоих друзей даже мечи и кинжалы из бронзы! Нам тоже нужна бронза, а вы привозите её мало. Не надо меди, дай нам бронзу!
— Верно, у вас нет олова, а без него вам не выплавить бронзы, — согласился я, — Хорошо, так будет справедливо — мы получаем то, что нужно нам, вы — то, что нужно вам.
— Ты не слишком щедр к этим финикийским крохоборам? — съязвил Серёга, — Я понимаю, что уподобляться им в падлу, но не до такой же степени! Ты хоть понимаешь, что только что уступил им монополию на колумбийское золото?