— Ну так это ж всё локально было, и одних динозавров просто сменяли другие, а та юкатанская каменюка чем от остальных отличалась?
— Принципиально — ничем, просто она нагребнулась в специфическое время и в специфическом месте. Без неё деканские траппы, конечно, один хрен попёрли бы, но не так резво. Изливалась бы лава гораздо спокойнее и размереннее…
— Типа гавайского вулканизма, — добавил Серёга.
— Ага, наподобие. Те же самые траппы по сути, только в миниатюре. Ну, Декан, конечно, был бы всяко помасштабнее и индостанских динозавров мог выморить вполне, но и только. Но Юкатан на тот момент практически точно на антиподах от Индостана, и тут в него впендюривается тот булыжник, а ударная волна от него огибает весь шарик и снова концентрируется в точку как раз на Индостане. И вот от этого деканские траппы срываются с нарезов и прут со всей дури. И газов выделяют хренову тучу — не удивлюсь, если выяснится, что и всю индостанскую мелюзгу теми газами тогда перетравило, и леса горят по всему Индостану, и от этого темно делается над всем шариком. И не на год, и не на пять лет, как от камешка, а на тысячелетия. Ну, не абсолютная темнота, как-то местами солнце проглядывает, и худо-бедно какой-то фотосинтез идёт, но это мизер, и прирост биомассы от него мизерный. Травоядные дохнут от бескормицы, и на их трупах пируют хищники и падальщики, но это пир во время чумы, а потом жрать становится нечего и им.
— Ну, вообще-то юкатанский булыжник звезданул где-то за триста тысяч лет до полного вымирания динозавровой фауны, — напомнил геолог.
— А я и не говорю, что это он выморил всех. Выморил он самых прожорливых типа последних зауропод и тех же тираннозавров с кархародонтозаврами. Но утконосые гадрозавры, например, могли в случае чего грызть и древесину, а вот травоядной мелюзге требовалась зелень, которой тупо не хватало, а для хищной мелюзги типа троодонов этот гадрозавр — слишком трудная добыча.
— Кстати, как раз гадрозаврам принадлежит самая скандальная находка — кости, датированные семьюстами тысячами лет ПОСЛЕ вымирания, — заметил Серёга, — Причём, версия ортодоксов о повторном переотложении шита белыми нитками — цвет и изотопный состав окаменелостей полностью соответствует уже кайнозойскому грунту…
— А почему они тогда не размножились снова? — спросил Володя, — И почему ими не прокормились те же тираннозавры?
— Так никто ж и не говорит, что не было отдельных уцелевших единиц и даже пар, — ответил я ему, — Наверняка были везде, но генетическое вырождение от инбридинга сделало их вымирание неизбежным, и хищников это выкосило первым делом — просто в силу того, что их было тупо во много раз меньше. А прекращение санитарного отбора с их стороны усилило и вырождение травоядных — ага, с таким же конечным результатом.
— Ладно, с крупняком понятно, а с мелюзгой? Ей-то ведь до хрена не нужно?
— Ну, у видов помельче какие-то шансы ещё оставались. Если для простоты чисто по хищникам смотреть, то тираннозавриды — североамериканский нанотираннус и азиатский алиорамус — тоже великоваты для выжиывания в голодуху. Оба шестиметровые в длину, и аппетит имели соответствующий. А мельче их тираннозаврид позднего мела не раскопано, так что на них ставим крест. Но были и ещё мельче их, и тоже не примитивы юрского типа, а продвинутые теплокровные пернатые тираннорапторы.
— Так уж прямо и продвинутые? Крокодильи же мозги!
— То у карнозавров юрского типа вроде того же аллозавра и иже с ним. А эти тираннорапторы уже ближе к птицам.
— Ну так и птичьи мозги — тоже не сказал бы, что эталон ума.
— Так то ж смотря с кем сравнивать. Млекопитающие тогдашние тоже умом не блистали. Австралийские ехидна с утконосом потупее многих птиц, да и кенгуру далеко ли от них ушли? А вот ум того же тираннозавра рэкса по комповой томографии мозговой полости его черепушки реконструируется где-то на уровне кошака.
— Гигант мысли, выходит?
— Да нет, гигант он тушки, а мысля у него, надо думать, маленько деградировала по сравнению с мелкими и шустрыми предками. Всё-таки принципа "сила есть — ума не надо" и в верхнем мелу никто не отменял. А вот его мелкая родня, которую всё время и довольно круто прессовал крупняк, должна была сохранять и развивать башковитость. В Монголии был багараатан — трёхметровый в длину, и высота спины где-то нам по пояс. Эдакий матёрый динозавровый волчара. Раскопанный скелет неполный, но по черепу и зубам предполагается, что базальный тираннозавроид-универсал, так что шансы пережить заколбас и вымахать в нового "царя горы" он имел очень даже неплохие. Мельче его были несколько видов троодонтид — они ещё и всеядные, кстати говоря, а совсем уж мелюзгой почти куриных размеров были альваресзавриды — эти лопали даже термитов.
— Эти-то уж с хрена ли тогда не прокормились?
— Шива, который как раз и повинен в окончательном вымирании. Покрупнее юкатанского булыжника, да ещё и звезданул точно в индостанский шельф. Деканские траппы за триста тысяч лет уже было угомонились и работали в размеренном "гавайском" режиме, но тут рядом впендюривается этот грёбаный Шива, и опять двадцать пять, только ещё хлеще. Тут уже настал звиздец и уцелевшей после Юкатана мелочи.
— Так погоди, ты ж говоришь, что вот эти мелкие термитоядные динозавры как раз с курицу величиной и были? Куры уцелели, а они нет? Тем более, ты говоришь, что у них и мозги были поумнее куриных. Тогда должно было быть наоборот. Если они были, суки, такие умные, отчего ж они тогда, суки, такие мёртвые?
— Так птиц спасли не мозги, а их способность летать. Тут поклевала, что себе съедобного нашла, потом туда перелетела и там что-то тоже поклевала. Крокодильчики небольшие тоже плавали себе от берега к берегу и тоже кормились за счёт кочёвок. А чисто наземная живность вроде млекопитающих уцелела вообще только с белку или с крысу величиной. Помнишь того сумчатого в "Прогулках" величиной где-то с барсука, который гнездо тираннозавров разорить хотел? Так ты думаешь, он уцелел? Ну, кайфовал какое-то время на динозавровой падали, но когда она кончилась, он тоже вымер вслед за динозаврами. Совсем мелюзга только и выжила, отчего и господствовали потом в начале кайнозоя не они, а укрупнившиеся первыми птицы с крокодилами. Из динозавров вообще никто в размерный лимит не вписался…
— Ну, хорошо, это на суше, а в море?
— И в море такая же примерно хрень. Если нет прироста зелёной массы — нечем питаться и живности.
— В море этот эффект был мягче и замедленнее, — заметил Серёга, — Мозазавры пережили сухопутное вымирание на полмиллиона лет. Есть три кайнозойских находки — одна у нас в Поволжье и две в Америке. Но в конце концов склеили ласты и они, и у акул сравнимых с ними размеров тоже не было шансов выжить. И не факт даже, что обладатель тех "мегалодоньих" зубов в мелу был из продвинутых акульих семейств современного типа. Он мог быть вообще какого-нибудь примитивного типа, а сходство зубов — чисто конвергентное, за счёт сходной экологической ниши.
— Ну ладно, хрен с ним, пускай этот мегалодон только с миоцена существует, я не против. Ну так он же, получается, больше двадцати миллионов лет просуществовал. С чего бы ему теперь вымереть?
— Во-первых, при своих размерах он из-за акульей кровеносной системы не мог поддерживать высокую скорость долго — только в коротком рывке. Всех медлительных китов он сожрал, а на быстроходных ему стало охотиться гораздо труднее. Во-вторых, похолодал климат. Приполярные воды в плейстоцене стали для него слишком холодными. Киты к ним приспособились, а он из-за холоднокровности не сумел. И наконец в-третьих — в морях появились косатки, которые начали истреблять его молодняк. А стаей они могли справиться и со взрослым мегалодоном — ну, как стая дельфинов справляется с большой белой. А при его размерах и прожорливости он и в лучшие для себя времена не мог быть очень уж многочисленным.
— А в глубинах?
— А в глубинах вода тоже холодная — вообще около нуля по Цельсию. И там тоже надо чем-то питаться. А пищи там гораздо меньше, чем в приповерхностных слоях. Я как-то не очень представляю себе его экологическую нишу в океанских глубинах — особенно с учётом того, что исходно этот вид — шельфовый.