Они промолчали, внутренне соглашаясь со старым новусом. Дело всей их жизни, дело целого Цикла оказалось испорчено. Более того, сейчас возникла угроза не только для самих обитателей храма, но и для всего человечества. Победив Хор Ауколис, Ария Хаоса двинется дальше, в другие страны. В беззащитные, доверившиеся новусам государства, граждане которых уже забыли, что такое война. Люди в большинстве своём размякли, утратили волю к жизни, стали лёгкой добычей для голодной гидры Хаоса. Довлеющее чувство глубокой вины зародилось в умах стоявших на пьедесталах Истоков. Каждый из этих древних ноосенсов осознавал, что именно они просмотрели и не заметили взращённую в стенах их обители новую угрозу.
— Я согласна, — тихо вздохнула Эсле, медленно прислонившись к стене, — Песнь нужно прервать, пока Дейриер не добрался до более слабых Воксов.
— Если мы это сделаем, то потеряем контроль над ситуацией! — с жаром возразила Норра. — Нам будет труднее контролировать войска, поддерживать друг с другом связь и ещё неизвестно, как поведут себя Конвентумы! Мы слишком много вложили сил и возможностей в Хор, чтобы так просто отказаться от него! Разделиться сейчас — значит стать уязвимыми!
— Вы все слышите этот кощунственный диссонанс, что нарушает плавность Хора, — Квинталь посмотрел на Велира и Сияну внизу, а после перевёл взгляд на Норру, — я согласен с Велиром — Песнь нужно оборвать. Так мы лишим Дейриера доступа к сознаниям других Воксов.
— Да будет так, — Лер коротко кивнул, — Хендель, ты слышишь нас?
Группа гравилётов приближалась к северным воротам, с противоположной стороны от войск Дейриера и надвигающихся чёрных туч. Десяток серебристых машин бесшумно летел, оставляя за собой белый световой шлейф. Но что-то было не так. Строй гравилётов распался. Некоторые продолжили полёт рывками, другие же сильно отстали, как бы давая возможность первым улететь дальше. И когда Хор услышал вскрик Соланиса Хенделя об отказе управления машины, в его гравилёт ударили белые лучи лазеров, расплавляя броню и внутренности. Лер содрогнулся, судорожно схватившись за холодный камень стены. Яркая синяя звезда души его друга, с которым они прошли столь много, угасла навсегда, отправившись в объятия редеющей ноосферы. Один за другим ведущие машины падали, сбитые своими же ведомыми, увлекая за собой Тенорусов и Мецц. «Никакой… — в глазах Лера вспыхнуло яркое пламя ярости. Красный свет вырвался в псионическое пространство, пронзив тьму. — Никакой пощады! Убивайте всех, кто хоть чуть причастен к Дейриеру!» Новусы, облачённые в серебристую броню, приготовились атаковать, концентрируясь на стоявших внизу хаоситов. Ещё немного, и скалящихся «пожирателей» испепелят огненные вихри. Ещё чуть-чуть, и насмешливая ухмылочка Стрелка превратится в гримасу боли и страха, стираемая невидимыми смертоносными ветрами. Сама почва разверзнется под ногами тысячи клонов и новусов-предателей, поглотив их грохочущими лавовыми челюстями.
— Солдаты! — Лер вытянул руку вперёд. — Огонь по готовности!
Но его команда осталась невыполненной, унесённая шквалистым ветром. Аколиты стояли, взирая на новусов равнодушными взглядами, и ни один из них даже не дёрнулся.
— Лер… — выдохнула Эсле, в ужасе распахнув глаза. Красная звезда, равно как и окружающие её созвездия Баритусов и Фибулусов, скоротечно теряла свой свет, уносимый куда-то вдаль, во всепоглощающую чёрную бездну.
— Будь ты проклят! Предатель… — прошипел Сопранис, только сейчас осознав, что случилось.
На стене замелькали красные вспышки. Лучи лазеров впивались в белые тела новусов, прожигая их насквозь. К подножию стен полетели объятые огнём фигуры в серебристых доспехах, одна из которых разбилась на мелкие камешки, словно мраморная статуя.
Хор замолк, онемев от случившегося. Утренний свет окончательно померк, когда клубящиеся чёрные тучи закрыли диск Ольмира. С натужным стоном высокие металлические створки северных ворот накренились, лишённые подвижных частей, и с оглушительным грохотом упали на асфальт, открывая приближающейся армии Хаоса путь в Умвелотон. Чёрная фигура Химеры соскользнула по белой стене, оставляя на ней рваные раны от когтей, и встала рядом со Стрелком, молча наблюдая, как одна за другой роты аколитов входят в город, рассредоточиваясь по кварталам.
— Сконцентрируйтесь! — Велир опомнился первым, поспешив на свой пьедестал наверху. — Пусть вас услышит каждый новус этого храма! Сегодня мы замолкаем, чтобы получить возможность уцелеть и сохранить наши знания!
«Истинный» мир вспыхнул сотнями огней. Души и разумы новусов засияли с новой силой, соединённые едва заметными нитями меж собой. Словно созвездия, они восходили ко тьме пространства, наполняя его жизнью. «Мы не сможем удержать хаос сейчас, — Хор говорил единым голосом, обращаясь к самому себе. Пятеро оставшихся Истоков воздели руки к небу, описав над головой круг, — но лишь сохранив наш опыт и знания, сохранив жизни своих учеников, мы можем рассчитывать на спасение будущих поколений новусов! Мужайтесь братья и сёстры! Песнь умолкает, а Хор замолчит сегодня и сейчас! И последними нашими словами будут — гармония вечна!»
***
Лупо нисколько не удивилась, увидев облачённую в бело-чёрную броню Арги с лучевой пушкой наперевес. Лисица смерила её пронзительным взглядом полным ненависти и презрения, но ничего не сказала, молча спустившись ко входу в жилой корпус, где они собрались. Пространство вокруг потемнело настолько, что им пришлось активировать фонари, чтобы видеть друг друга. Злой холодный ветер рвал листья с дендрария позади, нанося удушливую вонь горящей плоти. Что-то вновь оглушительно заревело в городе. Лиззи поёжилась и скованно повернула голову в сторону звука, и даже Минот, грозно возвышающийся над ними, нахмурился. Завидев спустившуюся Арги, Рэтси и Кано обеспокоенно переглянулись, однако Лупо даже не шелохнулась, дав понять, что раз лисица может твёрдо стоять на ногах, значит кризис миновал.
— Камманд сообщил, что они подходят к главным воротам храма, — сказала волчица в шлемофон, повернувшись к остальным «Сигма». Все четверо стояли в полном боевом облачении, готовые выступать по первому слову, — значит, наша задача обеспечить им надёжный плацдарм. Лиззи и Кано, вы идёте со мной к воротам. Минот и Рэтси, остаётесь здесь и защищайте Старшего Советника…
— Жаль прерывать твой монолог, командирша ты моя, но сейчас приказы здесь отдаю я, — усмехнулась Арги, с лязгом уронив пушку себе на плечо. Она, как и остальные, надела шлем и подключилась к общему каналу, — Ани, — она повернула голову к замершей девушке, — на тебя это не распространяется, ты не состоишь в «Первородном Огне».
— «Огня» больше нет, Арги, — холодно заметила Лупо, вытянувшись в струну от напряжения. От былой слабости не осталось и следа, она вновь превратилась в жестокую и дисциплинированную беот, командира отряда механизированного спецназа, — и твой статус равен моему. Ты не можешь приказывать мне.
— А я обращаюсь не к Командиру Обороны Сольтена, а к командиру отряда «Сигма», — лисица поджала губы, — уж определись, кто ты сейчас — воин или политик.
— Я — воин!
— Тогда закрой пасть и слушай мой приказ! — неожиданно даже для себя зло рявкнула Арги, сверкнув оранжевым светом глазных экранов шлема. — Бери свой отряд и выдвигайся к воротам в город. Воссоединись с Каммандом и начинайте штурм Мраморного Дворца! Если мы не остановим Эксплара сейчас, то погубим не только себя, но весь Сарохар!
— Эксплара? — переспросила Лупо. На лице волчицы не дрогнул ни один мускул, но взгляд буквально испепелял, а голос звенел от гнева.
— Да, моя воительница, Эксплара, — передразнила её та, активируя излучатель, мерно загудевший генератором, — он сейчас в городе, в Мраморном Дворце, и ему, скорее всего, помогает Юмена.
— Откуда ты это знаешь?
— Знаю, — Арги вдруг поняла, что вполне могла и ошибиться. Химера не назвала имени своего «создателя», но её слова о том, что тот хочет «простить её прошлые грехи», намекали именно на Эксплара. Отбросив сомнения, белая беот опустила оружие и быстро зашагала вперёд по дороге, — уверена в этом.