Великой пирамиде всегда уделялось много внимания, и в нашей книге тоже. Однако почему-то редко эту пирамиду рассматривали с точки зрения ее расположения относительно окружающей среды. Великая пирамида всегда бралась в отрыве от того места, где она возведена. Пожалуй, больше всего концепцию египетской Эры пирамид разрабатывал, как мы уже видели, Биллем Зитман. Однако для любого осмысления требуется рассмотреть особенности пирамид в контексте той местности, которая их окружает. Вот и давайте теперь посмотрим на Великую пирамиду и ландшафт вокруг нее.
Мы уже отмечали, что Роберт Бьювэл прошел по этому пути, и результатом его исследований стала теория связи Великой пирамиды с Орионом, которая, кстати, великолепно согласуется с интерпретацией комплекса пирамид в Теотиуакане, сделанной Харлестоном. Но Бьювэл не единственный, кто покинул плато в Гизе, отметив, как пирамиды вписываются в окружающий ландшафт и взаимодействуют с ним.
Так, Роберт Темпл заметил, что в день зимнего солнцестояния (21 декабря) пирамида Хефрена отбрасывает тень точно на южную сторону Великой пирамиды{26}. Морис Чателейн отмечал, что пирамида Хеопса построена «в пропорции 3:4:5, то есть в точном соответствии с размером священного треугольника и теоремой Пифагора»{27}. Мы просто отметим, что эта же пропорция 3:4:5 присутствует также в мифологии майя.
Эдгар Д. Вильсон в своей работе «Творец пирамид» (MEVS: Creator of the Pyramids) предположил, что расстояния вокруг пирамиды Хеопса соотносятся с астрономическими расстояниями. И хотя его объяснение причин этого, скорее всего, ошибочно (по его мнению, пирамиды были построены внеземными существами), сущность данного открытия от этого не меняется. Вильсон провел круги, радиусы которых пропорциональны расстояниям от Солнца до Меркурия, Венеры и Земли. О его выводах я сообщаю только потому, что здесь присутствует упоминание о Венере — воплощении Кецалькоатля. Эти круги он проводил из точки, находящейся ровно в центре между основаниями пирамид Менкаура, Хефрена и Хеопса. Три круга, как ни удивительно, пересеклись в одном месте, а именно — внутри храма Хефрена, расположенного рядом со Сфинксом. А если быть точным, то именно в той точке, где когда-то была обнаружена статуя этого фараона. Подчеркивая значимость данного открытия, Кеннет Маккалох объясняет: «Важно отметить, что интересен сам по себе тот факт, что такие круги пересекаются вообще в какой-либо точке; однако нет никакого математического объяснения тому, почему три круга должны пересечься в одной-единственной. В нормальной ситуации три случайно проведенные окружности если уж и пересекутся, то лишь две одновременно и в трех разных точках»{28}.
Когда Вильсон провел окружности с теми же самыми радиусами, но из вершин пирамид, они пересеклись внутри храма Сфинкса, практически рядом с этим древним изваянием. Вильсон подчеркивает: «Могут существовать три очень хороших причины для выбора южного портала храма Сфинкса в качестве места, где сходятся все три измерения. Во-первых, согласно древней легенде, Сфинкс является воплощением Солнца; во-вторых, учитывая положение самого Сфинкса, это единственное место в его храме, откуда одновременно можно видеть все три пирамиды»{29}. Следует сказать, что это второе открытие, с которым можно поздравить Вильсона.