А вот с Асокой все было наоборот - мы уже давно доверяем и уважаем друг друга. И на такой почве может расцвести нечто более серьезное. Поэтому решил сводить ее на свидание чтобы, с одной стороны, сдержать свое обещание, а с другой - понять, можем ли мы в дальнейшем превратить нашу дружбу во что-то более романтическое. И интимное.
Изначально я планировал провести свидание на Ротане - в небольшом ресторанчике с последующей экскурсией куда-нибудь. Но из-за ряда проблем на холодной планете, планы пришлось поменять и организовать обыкновенный пикник на Пзобе. Место для наших посиделок я выбрал на берегу небольшой реки - и вид красивый, и покупаться можно. Сама Асока легко согласилась на свидание - правда, немного засмущалась, когда услышала куда именно мы отправимся и что лучше взять с собой.
Поначалу все шло хорошо. Прибыв утром на место, мы расположились на песчаном берегу, после чего предложил ей поплавать, прежде чем приступить к приготовлению завтрака.
И лучше бы я этого не делал! Мало того, что Асока на свидание решила надеть необычный красный топ, закрывающий, по сути, уже немаленькую грудь, короткую юбку с небольшим разрезом сбоку и красивыми плоскими туфельками, отчего мне было довольно сложно сдерживаться, чтобы всю дорогу не пялиться на ее красную гладкую кожу, так еще и приняв мое предложение, она стала раздеваться, повернувшись ко мне спиной. Отчаянно краснея, она сняла сначала юбку, а затем и верхнюю одежду, обнажив белое бикини. Причем, фасон бикини, видимо, она нашла в Голонете, поскольку кусочки ткани явно открывали больше, чем она хотела - на это красноречиво указывали ее ладошки, обхватившие девичью грудь, чтобы закрыть открывшийся уже слишком фривольный вид.
С трудом отведя взгляд, я быстро разделся сам. Постоянные занятия фехтованием позволили мне не особо беспокоиться о своем теле - мышцы были накачены достаточно хорошо, чтобы считаться накаченным парнем.
Однако в воде смущение тогруты перешло в неловкость - она, оказывается, не сильно хорошо умела плавать. Поэтому наше купание быстро превратилось в занятие, в процессе которого я учил ее держаться на воде и плавать на спине. Впрочем, скоро неприятные чувства прошли и мы оба стали получать удовольствие. Она от того, что быстро учится плавать, а я - от возможности поддержать в руках гибкий стан девушки.
На суше мы начали готовить завтрак, причем из-за жары Асока и не подумала одеваться. Да еще и ходила время от времени охладиться, предоставив мне неограниченную возможность любоваться бисеринками воды на ее гладкой коже.
Я же, украдкой, чтобы не смущать ее, бросал взгляды на ее точеную грудь, красивый контур талии и просто обалденные красные ножки. И получал удовольствие. Пока чисто эстетическое.
А вот потом наступил… облом. В какой-то момент, когда я начал жарить мясо на огне, Асока подошла ко мне настолько близко, что я ощутил ее запах. Да и еще прижалась своими лекками к моему плечу. Не удержавшись, я повернулся и слегка наклонившись поцеловал ее...
Вкусные нежные девичьи губы на секунду замерли от такого нахальства, а затем, осторожно, попытались оценить мои… Полностью развернувшись к ней и забыв про мясо, я аккуратно обхватил ее за талию и мы продолжили исследовать друг друга.
Однако это счастье длилось не долго. Асока неожиданно отстранилась от меня, и, облизнув опухшие губки, резко отвернулась от меня, спрятав покрасневшее лицо.
- Давай не будем больше так делать, Рейн… - жалобно выдохнула она, не глядя на меня.
- Тебе не понравилось?... - с трудом переводя дыхание спросил я.
- Понравилось… но…
А дальше я услышал сбивчивый, но длинный монолог, суть которого можно было свести к одному простому предложению “Давай останемся друзьями”. Так меня еще ни разу не обламывали… Ни в этой жизни, ни в той…
Разумеется, оставшаяся часть свидания прошла скомкано. Вернувшись домой, Асока быстро юркнула к себе в комнату, где и затихла. Я тоже отправился в свою комнату, по пути пытаясь убедить себя в том, что во всем виновато джедайское образование, запрещающее иметь привязанности. Но пока выходило слабо. Все-таки она довольно недвусмысленно дала понять, что видит во мне друга и боевого товарища и не хочет этого менять. А про привязанности членов Ордена ни разу не упомянула.